Как применить принцип свободы договора согласно ГК РФ?

После сдачи объекта заказчику в сооружении появились протечки, связанные с нарушением строительных норм и правил при производстве работ по герметизации стыков. Относительно металлоконструкций было установлено, что они изготовлены в полном соответствии с чертежами.

Статья 421 ГК РФ. Свобода договора

1. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

2. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

3. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

4. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

5. Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями, применимыми к отношениям сторон.

Договорные отношения предусматривают отсутствие властного подчинения одной стороны другой. Никто не может требовать того, чтобы кто-то вступил в них или бы условия оказались сформированными в силу чьей-либо властной воли. Исключение могут составить только ситуации, которые оговорены в самом ГК РФ, других законах или добровольно принятым ранее обязательством

Комментарии к ст. 421 ГК РФ

1. Среди основных начал гражданского законодательства в ст. 1 ГК назван принцип свободы договора. Провозглашенный ст. 1 ГК принцип раскрыт и конкретизирован в комментируемой статье. Свобода договора означает, что граждане и юридические лица самостоятельно решают, с кем и какие договоры заключать, и свободно согласовывают их условия. В связи с этим основной принцип договорного права имеет огромное значение для рыночных отношений, открывает широкие возможности для предпринимательской деятельности.

Автономия воли и свобода договора проявляются в различных аспектах, ряд из которых урегулирован в комментируемой статье: во-первых, это право самостоятельно решать, вступать или нет в договор и, как правило, отсутствие возможности понудить контрагента к заключению договора; во-вторых, предоставление сторонам договора широкого усмотрения при определении его условий; в-третьих, право свободного выбора контрагента договора; в-четвертых, право заключать как предусмотренные ГК, так и не поименованные в нем договоры; в-пятых, право выбора вида договора и заключения смешанного договора.

Свобода договора означает также право сторон договора выбрать его форму (ст. 434 ГК); возможность сторон в любое время своим соглашением изменить или расторгнуть договор (ст. 450 ГК); право выбрать способ обеспечения исполнения договора (гл. 23) и др.

2. Комментируемая статья, закрепляя свободу договора, допускает ее ограничения. Возможные изъятия из общего правила предусмотрены нормами ГК. Кроме того, п. 1 статьи допускает установление как обязанности заключить договор, так и иных ограничений свободы договора другими законами.

Оговорка в комментируемой статье о возможности исключений из предусмотренного принципа свободы договора вызвана необходимостью защиты государством общественных интересов, прав граждан и предпринимателей (потребителей), особенно в тех сферах экономики, которые отнесены к естественным монополиям или в которых возможно нарушение пределов осуществления гражданских прав организациями, занимающими на рынке доминирующее положение.

Ограничены права сторон при определении условий договора также императивными нормами ГК или других законов.

3. Среди норм ГК, ограничивающих свободу договора, прежде всего следует назвать ст. 426 ГК, устанавливающую обязанность заключить публичный договор и право контрагента обязанной стороны обратиться в суд с иском о понуждении заключить договор (см. коммент. к ней).

Обязанность банка заключить договор банковского счета с клиентом, обратившимся с предложением открыть счет на объявленных банком условиях, установлена п. 2 ст. 846 ГК.

Свобода договора ограничена также в нормах ГК, устанавливающих преимущественное право на заключение договора. ГК устанавливает преимущественное право: участников общей собственности на покупку доли в праве общей собственности (см. ст. 250 ГК и коммент. к ней); участников общества с ограниченной ответственностью на покупку доли при продаже (уступке) одним из участников общества своей доли в уставном капитале (см. ст. 93 и коммент. к ней); акционеров закрытого акционерного общества на приобретение акций, продаваемых другими акционерами этого общества (см. ст. 97 и коммент. к ней).

Преимущественное право арендатора заключить договор аренды на новый срок предусмотрено ст. 621 ГК, преимущественное право нанимателя заключить договор найма жилого помещения на новый срок – ст. 684 ГК, а аналогичное право заключения договора коммерческой концессии – ст. 1035 ГК.

Во всех этих случаях обладатель преимущественного права в соответствии со ст. 446 ГК пользуется правом судебной защиты, если контрагентом допущены нарушения, связанные с заключением договора.

4. К законам, предусматривающим различные исключения из принципа свободы договора, относятся Закон о естественных монополиях и Закон о конкуренции.

Обязанность субъекта естественной монополии заключить договор с потребителями предусмотрена ст. 8 одноименного Закона. Согласно ст. 6 этого Закона орган регулирования естественных монополий вправе не только определять потребителей, подлежащих обязательному обслуживанию, но и (или) устанавливать также минимальный уровень их обеспечения. При заключении договора, если применен этот метод регулирования, количество товара (энергии, газа) устанавливается в договоре не менее того уровня, который определен органом регулирования естественных монополий, если заказ потребителя не может быть удовлетворен полностью.

Закон о конкуренции запрещает организациям (поставщикам, подрядчикам), занимающим доминирующее положение на товарных рынках (о понятии доминирующего положения см. коммент. к ст. 10 ГК), отказываться от заключения договоров с потребителями (покупателями, заказчиками) при наличии возможности производства или поставки соответствующего товара (ст. 5).

Закон о поставках, Законы РФ от 29 декабря 1994 г. “О государственном материальном резерве” (СЗ РФ. 1995. N 1. Ст. 3) и от 27 декабря 1995 г. “О государственном оборонном заказе” (СЗ РФ. 1996. N 1. Ст. 6) перечисляют организации, которые обязаны при наличии соответствующих условий принять государственный заказ на поставку товаров (выполнение работ, оказание услуг) и заключить договор. Это прежде всего организации, занимающие доминирующее положение на товарном рынке. По Закону о государственном материальном резерве такая обязанность возлагается также на организации, в объеме производства которых государственный оборонный заказ превышает 70%.

Читайте также:
Можно ли снизить проценты по кредитам без суда?

Наиболее широко трактуется обязанность поставщика принять заказ и заключить договор на выполнение оборонного заказа. Кроме тех организаций, кто занимает доминирующее положение, оборонный заказ обязателен для государственных унитарных предприятий.

Обязанность заключить договор установлена и иными законами.

5. Исключение из принципа свободы договора предусмотрено п. 1 комментируемой статьи так же для случаев, когда обязанность заключить договор принята на себя добровольно одной из сторон будущего договора. Такая обязанность прежде всего возникает из предварительного договора. Согласно п. 5 ст. 429 ГК в случаях уклонения одной из сторон, заключившей предварительный договор, от заключения основного, вторая сторона вправе в судебном порядке требовать понуждения ее к заключению договора (см. коммент. к ней).

Организатор торгов в форме конкурса или аукциона и лицо, выигравшее торги, обязаны заключить договор. В случае уклонения от заключения договора одной из сторон, другая вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор (см. ст. 448 ГК и коммент. к ней). Поскольку и участие в торгах, и их проведение, как правило, являются добровольными, то сам факт организации торгов и участие в них можно рассматривать как добровольное принятие на себя соответствующей обязанности.

6. Право сторон выбрать договор, которым они хотят определить свои правоотношения, является проявлением свободы договора. В этом случае с учетом конкретных обстоятельств сторона может воспользоваться оптимальным для себя договором. Например, производитель сельскохозяйственной продукции может либо заблаговременно заключить договор контрактации, либо воспользоваться для реализации выращенной (произведенной) продукции договорами поставки или комиссии. Ранее существовавшие ограничения для использования в этом случае договора поставки утратили силу.

Перечень договоров, поименованных в ГК, существенно изменен по сравнению с ГК 1964 г.; появились неизвестные ранее договоры. Вместе с тем п. 2 комментируемой статьи предоставляет право воспользоваться договорами, в ГК не предусмотренными. Соответствующая норма включена в ст. 8 ГК, которая предусматривает в качестве обязательного требования в случае применения непоименованного в ГК договора непротиворечие его закону.

7. К праву выбора вида договора примыкает возможность заключить смешанный договор, т.е. порождающий обязательство, совмещающее черты, признаки и элементы уже известных законодательству видов договоров. Стороны вправе в договоре предусмотреть, какими нормами они будут руководствоваться. Пункт 3 комментируемой статьи на случай, если в договоре нет соответствующих условий, устанавливает применение к различным частям смешанного договора правил о договорах, элементы которых в нем содержатся. Например, возможно заключение договора поставки с условием возврата товара, если он не будет продан в течение определенного срока. В этом случае договор включает элементы как поставки, так и комиссии и, следовательно, к нему применимы нормы и о поставках, и о комиссии.

Смешанный договор следует отграничить от комплексного. Понятие комплексного используется в случаях, когда договор включает несколько самостоятельных обязательств, например обязательство поставки сложного оборудования и обязательство шефмонтажа. Установленное комментируемой статьей правило о применимости норм к смешанному договору может быть использовано и при заключении комплексного договора.

8. Одним из основных проявлений свободы договора является предоставление сторонам возможности самостоятельно устанавливать его условия. Однако свобода в определении содержания договора также терпит ряд ограничений. Прежде всего она ограничена упоминаемыми п. 4 комментируемой статьи императивными нормами законов или иных правовых актов. Императивные нормы, т.е. обязательные для сторон правила, предписывают определенное поведение, которым договор должен соответствовать. При отступлении условий договора от императивных норм наступают последствия, предусмотренные ст. 168 ГК, т.е. соответствующее условие либо договор в целом признаются недействительными (см. ст. ст. 422, 168 ГК и коммент. к ним).

Иное значение для договора имеют диспозитивные нормы, т.е. применяемые при отсутствии соответствующего соглашения сторон. Такие нормы иногда называют восполнительными, так как они, не ограничивая усмотрение сторон в определении условий договора, восполняют отсутствующее соглашение. Диспозитивная норма применяется, если иное, чем в этой норме правило поведения, не закреплено в договоре. Стороны вправе своим соглашением исключить применение диспозитивной нормы.

Для ГК характерно придание большинству норм о договоре диспозитивного характера, что, не связывая инициативу сторон, упрощает и облегчает заключение и исполнение договора, т.к. стороны могут не включать в договор условия, предусмотренные диспозитивными нормами.

Ряд ограничений свободы в определении условий договора предусмотрен Законом о конкуренции для организаций, занимающих доминирующее положение. Так, ст. 5 Закона запрещает им включать в договор условия, не относящиеся к предмету договора, а также условия, ущемляющие права и интересы другой стороны. Включение таких условий рассматривается как запрещенная монополистическая деятельность и злоупотребление правом.

9. В ГК наряду с императивными и диспозитивными нормами включены нормы, не содержащие конкретные правила поведения и предлагающие определить соответствующие условия в договоре. Например, ст. 862 ГК перечисляет возможные формы безналичных расчетов, предлагая сторонам избрать и установить в договоре любую из них.

Диспозитивная норма на случай, если сторонами форма расчетов не установлена, предусмотрена лишь для договора поставки в ст. 516 ГК. В иных случаях при отсутствии в договоре формы расчетов стороны в соответствии с п. 5 комментируемой статьи руководствуются деловыми обычаями. Это правило применимо во всех случаях, когда отсутствует императивная или диспозитивная норма, а также соответствующее условие в договоре. Применяя деловые обычаи или деловые обыкновения, стороны руководствуются ст. 5 ГК (см. коммент. к ней).

Вместе с тем стороны могут предусмотреть, что отдельные пункты договора определяются примерными условиями, разработанными для договоров соответствующего вида и опубликованными в печати (см. ст. 427 и коммент. к ней). При нежелании воспользоваться примерными условиями стороны либо включают в договор иные условия, либо прямо в нем предусматривают, что примерные условия к их отношениям не подлежат применению.

Нормы статьи 421 ГК РФ о свободе договора

Основа правового регулирования заложена в ст. 421 ГК РФ, которая содержит 5 частей, каждая из которых несет свою смысловую нагрузку:

  1. Запрет на понуждение к совершению сделки.
  2. Свобода заключения непоименованного договора. Причем редакция закона от 08.03.2015 № 42-ФЗ устраняет возможность применения к нему норм о договорах близкого вида.
  3. Возможность заключения смешанного договора (складывающегося из элементов других договоров: аренды и хранения, подряда и поставки и др.).
  4. Обязательность императивных норм и необязательность диспозитивных при установлении условий договора.
  5. Восполнение пробелов правового регулирования обычаем.

КонсультантПлюс предлагает подборку позиций высших судов к ст. 421 ГК РФ “Свобода договора”. Если у вас еще нет доступа к системе КонсультантПлюс, вы можете оформить бесплатный пробный доступ на 2 дня.

Пределы свободы договора на примере договорного условия о запрете взыскивать штрафы (Определение ВС РФ от 14.07.2022 N 306-ЭС20-2351). Так или не так?

ВС РФ в Определении от 14 июля 2022 г. N 306-ЭС20-2351 указал, что договорное условие о невозможности взыскивать штрафы является нарушением пределов свободы договора и потому ничтожно, поскольку освобождает от ответственности за умышленные нарушения.

Читайте также:
Благоприятные-дни-для-стрижек-октябрь-2022

Ряд аргументов ВС РФ, положенных в основу позиции, вполне себе заслуживает внимания, но некоторые высказывания заставляют задуматься и вызывают вопросы.

Само по себе построение ВС РФ цепочки рассуждений заставляет опасаться, что подобным образом судебная практика может любое договорное условие, которым стороны ограничивают ответственность (например, ограничивают убытки конкретным видом и суммой, т.п.), рассматривать как потенциально недействительное и неисполнимое. Однако такого быть не должно. Все –таки ВС РФ говорит о пределах свободы договора, а любое ограничение, в том числе судебная позиция, не могут толковаться расширительно.

Чтобы прокомментировать, опишу суть спора и позицию ВС РФ, разделив ее на смысловые фрагменты.

Спор возник из договора подряда и связан с оценкой договорного условия сторон об освобождении от ответственности. Истец (исполнитель, терминология спорного договора) обратился с требованием о взыскании задолженности по неоплаченным работам, а также процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 395 ГК РФ. Ответчик (заказчик) предъявил встречный иск о взыскании неосновательного обогащения и процентов по ст. 395 ГК РФ, мотивируя свою позицию тем, что подрядчик пользовался имуществом – нежилым помещением заказчика без правовых оснований и оплаты.

Суды всех инстанций удовлетворили первоначальный иск в части требования уплаты основного долга, в удовлетворении остальных требований, включая встречный иск, отказали. Суды посчитали, что при рассмотрении спора необходимо принимать во внимание буквальное значение условий договора, согласно пункту 4.8 которого в случае несвоевременной оплаты выполненных работ, исполнитель не вправе предъявлять заказчику штрафные санкции. На основании п. 1 ст. 421 ГК РФ о свободе договора, суды пришли к выводу, что сторонами не согласованы условия об ответственности заказчика в случае несвоевременной оплаты выполненных исполнителем работ, в связи с чем отказали во взыскании с заказчика процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ.

Определением ВС РФ судебные акты в части отказа во взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ отменены по следующим мотивам.

1. Нарушение влечет применение мер ответственности, в том числе ст. 395 ГК РФ.

ВС РФ указал, что “Ненадлежащее исполнение обязательств влечет для должника негативные последствия. Целью применения гражданско-правовой ответственности является восстановление имущественных потерь кредитора, возникших в связи с нарушением должником своих обязательств. В случае неисполнения денежного обязательства мерой ответственности может выступать взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму долга. Такой способ защиты прав кредитора предусмотрен положениями пункта 1 статьи 395 ГК РФ”.

2. По общему правилу, либо договорная нейстойка, либо проценты по ст. 395 ГК РФ.

ВС РФ сослался на то, что “По общему правилу, если в договоре содержится условие о том, что за нарушение денежного обязательства начисляется неустойка, то кредитор имеет право на взыскание с должника именно договорной неустойки, при этом проценты за пользование чужими денежными средствами не подлежат взысканию (пункт 4 статьи 395 ГК РФ)”.

3. Намек на оценку природы ст. 395 ГК РФ через призму правил о неустойке.

Далее ВС РФ сослался на п. 1 ст. 330 ГК РФ о том, что “размер неустойки, суммы, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, устанавливается договором сторон или определяется законом. Стороны соглашения обладают диспозитивными полномочиями при определении размера неустойки. Размер процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. При этом предусмотрено, что эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

4. Основание оплаты процентов по ст. 395 ГК РФ = частные отношения + денежный характер.

Со ссылкой на п. 37 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 N 7 “О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств” (ПП ВС № 7), ВС РФ напомнил, что “проценты по ст. 395 ГК РФ подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ). Применение положений статьи 395 ГК РФ в конкретных спорах зависит от того, являются ли спорные имущественные правоотношения гражданско-правовыми, а нарушенное обязательство – денежным (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19.04.2001 N 99-О)”.

5. Обусловленность пределов свободы договора запретом ГРУБОГО нарушения баланса интересов сторон.

Описав общие положения п. 1 ст. 421 ГК РФ о свободе договора, которая “включает в себя свободу заключать или не заключать договор, свободу выбирать вид заключаемого договора (включая возможность заключения смешанного или непоименованного договора), свободу определять условия договора по своему усмотрению”, ВС РФ сделал вывод: “юридическое равенство сторон предполагает, что подобная свобода договора не является абсолютной и имеет свои пределы, которые обусловлены, в том числе, недопущением грубого нарушения баланса интересов участников правоотношений.

6. Подтверждение значимости концептуального постановления Пленума ВАС РФ № 16 + указание на обусловленность ПРЕДЕЛА ДИСПОЗИТИВНОСТИ существом законодательного нормирования.

Со ссылкой на п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 “О свободе договора и ее пределах” (далее – постановление Пленума N 16), ВС РФ сослался на необходимость при оценке и толковании условий договора учитывать существо нормы и целей законодательного регулирования, чтобы “определить пределы диспозитивности, в рамках которых в договоре может быть установлено условие об освобождении заказчика от предъявления к нему исполнителем штрафных санкций в случае несвоевременной оплаты оказанных услуг”.

7. Вывод об отсутствии безграничной свободы на исключение положений ст. 395 ГК РФ. Но…, как оказалось, речь о наличии умышленной вины.

ВС РФ не согласился с правильностью толкования договорного условия нижестоящими инстанциями, которые “ ссылались на правовые позиции, изложенные в пункте 1 постановления N 16, полагая, что стороны вправе исключить применение диспозитивной нормы к их правоотношениям, что также исключает применение ответственности, предусмотренной статьей 395 ГК РФ”. Основу несогласия составил аргумент об отсутствии “ достаточных оснований полагать, что заказчик обладает безграничной свободой усмотрения при формулировании им в договоре условия о собственной ответственности”.

Поэтому ВС РФ указал, что “в договоре подряда не может быть условия о полном освобождении заказчика от ответственности за нарушение им собственных обязательств (в том числе за просрочку оплаты) по его же умышленной вине. Данный вывод основан, прежде всего, на категоричном запрете на заключение предварительного соглашения об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства, установленном в пункте 4 статьи 401 ГК РФ”.

8. Судя по всему, чтобы воспользоваться свободой договора, необходимо каждый раз доказывать отсутствие умышленной вины (?).

Читайте также:
Как защитить авторским правом свои стихотворения?

В конечном итоге, ВС РФ указал, что “Исключение ответственности должника за неисполнение денежного обязательства, предусмотренной положениями пункта 1 статьи 395 ГК РФ, в случае умышленного нарушения не может быть обосновано принципом свободы договора, поскольку наличие такого преимущества у одной из сторон договора грубо нарушает баланс интересов сторон, ведь в таком случае исполнитель не получает своевременного вознаграждения за оказанные услуги, однако заказчик не несет никакой имущественной ответственности за время просрочки”.

9. Противоположностью (?!) умышленной вины является МИНИМАЛЬНАЯ степень заботливости и осмотрительности. Знать бы только ее критерии.

Со ссылкой на п. 7 ПП ВС № 7 и, в частности, п.п. 1, 2 ст. 401 ГК РФ, ВС РФ указал, что “отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство”. Например, в обоснование отсутствия умысла должником, ответственность которого устранена или ограничена соглашением сторон, могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства”.

10. Похоже, что ВС РФ сформулировал правило о недопустимости договорных условий об исключении/ ограничении ответственности по умолчанию?

С учетом изложенных выше аргументов ВС РФ указал, что “условие об исключении ответственности заказчика за просрочку оплаты оказанных ему услуг должно признаваться ничтожным (в случае, если заказчик полностью освобождается от какой-либо ответственности) либо толковаться ограничительно в системной взаимосвязи с положениями пункта 4 статьи 401 ГК РФ как не подлежащее применению к случаям умышленного нарушения заказчиком своих обязательств”.

Поэтому, по мнению ВС РФ, “пункт 4.8 договора не подлежит толкованию как освобождающий заказчика от ответственности в виде взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, предусмотренных пунктом 1 статьи 395 Кодекса, за нарушение сроков оплаты оказанных услуг. Судами не исследовались обстоятельства и не оценивались доказательства надлежащей степени заботливости и осмотрительности заказчика при исполнении обязательств по оплате. При таких обстоятельствах, у судов не имелось оснований для вывода о неприменении к заказчику мер гражданско-правовой ответственности в виде взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами”.

В целом, если рассматривать позицию ВС РФ по частям, то с некоторыми отдельно взятыми суждениями вроде бы сложно не согласиться.

Например, ответственость в гражданских правоотношениях выполняет компенсаторную функцию и позволяет пострадавшей стороне воспользоваться правом потребовать компенсации /заглаживания причиненных “неудобств”. Логично.

О правовой природе неустойки (ст. 330 ГК РФ) и процентов по ст. 395 ГК РФ в доктрине существуют споры, но если отвлечься от нюансов, вполне можно согласиться с тем, что очень похожи проценты по ст. 395 ГК РФ на универсальную законную неустойку за нарушение любого денежного обязательства. В этом смысле основанием возникновения денежного требования могут послужить разные обстоятельства действительности.

Свобода договора в частности и автономия сторон частных отношений воообще не могут быть беспредельными, что обусловлено, в первую очередь, ограниченностью природы любой свободы (свобода/ право одного заканчивается там, где начинается свобода/право другого).

Совокупность принципов гражданского права обеспечиют необходимую систему сдержек и противовесов. В частности, принцип свободы договора ограничен принципом добросовестности. Эта идея закреплена в общем виде в п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ, которая не только требует добросовестности при осуществлении любых прав и исполнении обязанностей, но и запрещает извлекать преимущества из любого недобросовестного поведения. Частным примером подобного баланса выступаются положения ст. 434.1 ГК РФ о преддоговорной ответственности, согласно которым нарушением считаются любые виды недобросовестного ведения переговоров.

Однако любое ограничение является исключение из общего правила о свободе договора. Поэтому если полагаться на смысл правового регулирования для целей толкования договора, то необходимо не подменять понятия.

Что вызывает вопросы в позиции ВС РФ?

Первое. В спорном договорном условии, как следует из изложенных обстоятельств дела, говорится только о невозможности взыскивать штрафы. О запрете требовать возмещения убытков в нем указания нет.

Вместе с тем, именно убытки являются общей мерой ответственности (ст. 15, 393 ГК РФ) и всегда позволяют обеспечить необходимое воздействие на нарушителя обязательства, если потерпевший решит таким правом воспользоваться (ст. 9 ГК РФ). Договорная неустойка и проценты по ст. 395 ГК РФ, особенно в контексте позиции ВС РФ, который рассматривает ст. 395 ГК РФ через положения о неустойке, являются специальными мерами ответственности.

Поэтому сомнителен общий посыл ВС РФ о том, что исключение договорным условием возможности взыскивать штрафы вообще освобождает от ответственности.

Второе. Почему вдруг такой упор именно на ничтожность спорного договорного условия? Согласно положениям п. 1 ст. 168 ГК РФ общим правилом является оспоримость сделки и, как следствие, части сделки (договорного условия).

Для ничтожности необходимо прямое указание закона либо установление посягательства на публичный интерес или интересы третьих лиц. Остается загадкой, что именно посягает в спорном условии о запрете в конкретных частных отношениях взыскивать штрафы на публичный интерес или права третьих лиц?

О ничтожности в законе говорится только в тех случаях, когда а) заранее заключено соглашение об устранении или ограничении ответственности за б) умышленное нарушение обязательства (п. 4 ст. 401 ГК РФ).

Положения п. 4 ст. 401 ГК РФ являются исключением из принципа свободы договора, поэтому они не толкуются расширительно. Это, на мой взгляд, означает, что если в договорном условии в конкретном договоре прямо не говорится, что “не допускается взыскивать штрафы за умышленное нарушение договорного обязательства”, то автоматически применение п. 4 ст. 401 ГК РФ сомнительно. Поскольку иначе любое условие о любом ограничении ответственности (что является распространенной практикой) по умолчанию становится ничтожным. А такой вывод абсурден. И это отвлекаясь от того, что закон запрещает именно заранее заключать соглашения об освобождении от ответственности за умышленное нарушение, а не вообще.

Иначе говоря, определение ВС РФ порождает вопрос к сторонам – заключая договор и включая в него условия об ограничении ответственности или об освобождении от нее в том или ином виде (например, через запрет взыскивать убытки при наличии договорных неустоек, через ограничения объема и вида убытков, т.п.), задумываетесь ли вы вообще о субъективной стороне вопроса и наличии вины, причем не просто вообще, а именно в умышленной форме?

Особенно учитывая, что вопрос форм вины в гражданском праве не разработан, поскольку обычно для привлечения к ответственности на началах вины ее форма не имеет значения, если только не установлены исключения (например, как при взаимодействии источников повышенной опасности), а большинство участников гражданского оборота являются предпринимателями и вообще несут ответственность на началах риска.

На мой взгляд, без прямого указания в договоре на запрет привлечения к ответственности за умышленную вину, сложно заподозрить всех в автоматическом освобождении именно от ответственности за умышленное нарушение, которое заранее оговорено.

В любом случае, с учетом сформулированной позиции ВС РФ необходимо учитывать, что судебный спор может преподнести сюрприз. Поэтому лучше дополнительно включать соответствующие пояснения в договор (например, что стороны не вправе взыскивать штрафы, если вина за нарушение выразилась в форме грубой или легкой неосторожности).

Читайте также:
Лицо без гражданства как получить гражданство РФ

Третье. При всей оценочности принципа добросовестности, который ограничивает свободу договора, стандарт его толкования более – менее сформирован – это оценка последовательности поведения, сопоставление анализируемого события/ условия с типичным обстоятельством и “человеком из автобуса”.

То есть речь идет о том, что с т.з. добросовестности любое договорное условие должно оцениваться на предмет допустимости отклонения от любого другого похожего, типичного, стандартного условия. А для этого должен задаваться вопрос, как поступил бы на месте спорящих сторон любой другой разумный участник оборота?

В этом смысле предложенный ВС РФ критерий отклонения – ГРУБОЕ НАРУШЕНИЕ БАЛАНСА ИНТЕРЕСОВ СТОРОН – не понятно, как применять. Получается, что только произвольно. Поскольку что именно грубо нарушает баланс интересов в запрете взыскивать штрафы оценить сложно.

Это тем более так, если учесть, что для опровержения умышленной вины, по мнению ВС РФ, достаточно доказать, что была какая-то минимальная степень заботливости и осмотрительности. Если вообще допустить, что достаточно некой минимальной степени чего-то, то вряд ли одновременно в отношениях может быть “грубо ” нарушен баланс интересов.

Иначе говоря, лейтмотив определения ВС РФ – это ссылка на п. 4 ст. 401 ГК РФ и запрет именно на досрочне освобождение от ответственности за умышленное нарушение обязательства . Вывод относительно ничтожности простого условия, которым “просто запрещается взыскивать штрафы за просрочки”, выглядит не слишком убедительно, поскольку спорное договорное условие ВС РФ, по сути, “доконструировал” и “дописал” (учитывая изложенные в деле обстоятельства). На это толкование условий договора не рассчитано.

С практической точки зрения имеет смысл уделять особое внимание формулировкам об ограничении и освобождении от ответственности и, возможно, лишний раз оговариваться, на что конкретно рассчитано соответствующее условие.

Комментарий к Ст. 421 ГК РФ

1. Договорные отношения субъектов гражданского права основаны на их взаимном юридическом равенстве, исключающем властное подчинение одной стороны другой. Следовательно, заключение договора и формирование его условий по общему правилу должны носить добровольный характер, базирующийся исключительно на соглашении сторон, определяемом их частными интересами. Поэтому принцип свободы договора составляет одно из основополагающих начал частноправового регулирования (п. 1 ст. 1 ГК), которое по своему социально-экономическому значению стоит в одном ряду с принципом признания и неприкосновенности права частной собственности.

В соответствии с правилами комментируемой статьи 421 ГК РФ свобода договора проявляется в трех аспектах: 1) свобода заключения договора и отсутствие принуждения ко вступлению в договорные отношения (п. 1 ст. 421 ГК); 2) свобода определения юридической природы (характера) заключаемого договора (п. п. 2 и 3 ст. 421 Гражданского кодекса РФ); 3) свобода определения условий (содержания) заключаемого договора (п. 4 ст. 421 ГК). Вместе с тем свобода договора имеет и другие проявления. Так, по общему правилу стороны договора своим соглашением могут расторгнуть (прекратить) его (п. 1 ст. 450 ГК РФ).

2. Свобода заключения договора и отсутствие принуждения ко вступлению в договорные отношения означают, что субъекты гражданского права сами решают, заключать им или не заключать тот или иной договор, поскольку никто из них не обязан вступать в договор против своей воли. Принудительное заключение договора допускается лишь как исключение, прямо предусмотренное либо законом (например, для публичных договоров в соответствии с п. 3 ст. 426 ГК), либо добровольно принятым на себя обязательством (например, по предварительному договору в соответствии со ст. 429 ГК). Таким образом, отпала распространенная в плановом социалистическом хозяйстве обязанность заключения договора на основе различных плановых и других административно-правовых актов и утратила основу для существования категория так называемых хозяйственных договоров, которые юридические лица заключали по административному принуждению и на условиях, установленных указанными актами, а не определенных их собственной волей.

3. Свобода определения характера заключаемого договора состоит в том, что субъекты гражданского права сами решают, какой именно договор им заключить.

При этом они вправе заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами («непоименованный договор»), если только такой договор не противоречит прямым законодательным запретам и соответствует общим началам и смыслу гражданского законодательства (п. 1 ст. 8 ГК РФ). Развитое гражданское законодательство не предусматривает исчерпывающего, закрытого перечня (numerus clausus) договоров и не обязывает стороны «подгонять» их договорные взаимосвязи под одну из известных закону разновидностей.

Данное обстоятельство особенно важно в условиях формирующегося рыночного хозяйства, когда правовое оформление нередко отстает от экономических потребностей. В частности, различные сделки, совершаемые в настоящее время на фондовых и валютных биржах, далеко не всегда имеют прямые законодательные прототипы. Возможность заключения непоименованных договоров позволяет участникам гражданских правоотношений самостоятельно устранять законодательные пробелы, объективно возникающие в результате развития и усложнения имущественного оборота.

4. Согласно п. 3 ст. 421 ГК РФ участники гражданских правоотношений вправе заключить смешанный договор, содержащий элементы различных известных разновидностей договора, предусмотренных законом или иными правовыми актами (последнее отличает его от непоименованных договоров ). К такой единой совокупности нескольких различных договоров в соответствующих частях применяются правила о тех договорах, элементы которых содержатся в ней. Так, ст. 501 ГК РФ предусматривает возможность заключения договора найма-продажи, при котором покупатель товара сначала становится его нанимателем (арендатором). До момента продажи такого товара к отношениям сторон применяются законодательные правила об аренде (имущественном найме), а с момента перехода к нанимателю права собственности на вещь (товар) — правила о купле-продаже. Смешанным договором (банковского счета и кредитным) является также предусмотренный п. 1 ст. 850 ГК РФ договор кредитования банковского счета (иногда называемый овердрафтом, от англ. overdraft — «сверх счета»), в соответствии с которым банк оплачивает требования кредиторов своего клиента (заемщика) в пределах обусловленного договором лимита даже при отсутствии средств на его счете или на большую сумму, чем та, что находится на счете. Смешанным договором судебно-арбитражная практика признала договор об обмене товаров на эквивалентные по стоимости услуги как содержащий элементы договоров купли-продажи и возмездного оказания услуг .

———————————
Нет никаких препятствий и для заключения договора, содержащего элементы договоров, известных и неизвестных законодательству. Хотя такой договор и не будет считаться смешанным в смысле п. 3 ст. 421 ГК РФ, к нему в соответствующей части также будут применяться правила об известном (поименованном в законе) договоре, а непоименованный договор будет оцениваться с точки зрения его соответствия п. 1 ст. 8 ГК РФ.

См.: п. 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 19 апреля 1999 г. N 5 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета» // Вестник ВАС РФ. 1999. N 7.

Читайте также:
Что такое выплаты социального характера работникам?

См.: п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24 сентября 2002 г. N 69 «Обзор практики разрешения споров, связанных с договором мены» // Вестник ВАС РФ. 2003. N 1.

Смешанный договор следует отличать от комплексного договора, представляющего собой совокупность нескольких вполне самостоятельных договоров, условия которых зафиксированы в едином документе . Например, договор поставки товаров может включать также условия о страховании товаров, их хранении, перевозке и т.д., что само по себе не требует оформления нескольких различных договоров (документов), но и не приводит к появлению единого договора.

———————————
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). 3-е изд. / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2005. С. 945 (автор комментария — Н.И. Клейн).

5. Свобода договора состоит и в том, что его стороны по своей воле определяют его содержание и формируют его конкретные условия, если только содержание какого-либо условия императивно не определено законом или иными правовыми актами. Так, условие о цене приобретаемого товара обычно согласуется самими контрагентами и лишь в отдельных случаях определяется по установленным государством тарифам, ставкам и т.п. (например, когда дело касается продукции естественных монополий).

6. При регулировании договорных отношений ГК РФ наиболее широко использует диспозитивные нормы, которые вступают в действие в качестве условий договора только в том случае, если его стороны не урегулировали соответствующий вопрос иначе и (или) не исключили применение к их отношениям диспозитивной нормы. Таким образом, важнейшая особенность диспозитивных норм состоит в том, что они устанавливают возможность отступления от содержащихся в них правил (тогда как обычные, императивные нормы закона предусматривают необходимость строгого выполнения содержащихся в них предписаний). Поэтому их использование также представляет собой одно из проявлений свободы договора. К числу диспозитивных норм относятся, например, многие правила исполнения договорных обязательств (о возможности исполнения обязательства по частям (ст. 311 ГК), о сроке его исполнения и возможности досрочного исполнения (ст. ст. 314 и 315 ГК), о месте исполнения обязательства (ст. 316 ГК) и др.).

По существу, такие нормы содержат некоторую подсказку сторонам договора относительно того, какие его условия им также следовало бы согласовать (хотя они могут этого и не делать), а возможность применения этих норм фактически восполняет отсутствующую волю сторон относительно некоторых недостающих условий договора, т.е. заполняет имеющиеся в нем пробелы. При этом предлагаемое диспозитивной нормой правило основывается на многолетней практике договорных отношений и обычно представляет собой наиболее оптимальный вариант соответствующего договорного условия.

7. Пункт 5 ст. 421 ГК РФ предусматривает специальную возможность восполнения пробелов предпринимательского договора, т.е. определения его условий в отсутствие прямого согласованного волеизъявления его сторон путем использования обычаев делового оборота. Поскольку закон имеет в виду прямо не предусмотренное им правило поведения, самостоятельно сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности (ст. 5 ГК) , использование указанных обычаев также следует считать проявлением свободы договоров в данной сфере.

———————————
См. также: п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. 1996. N 9.

В соответствии с этим конкретный обычай, применимый к договорным отношениям предпринимателей, становится субсидиарным (дополнительным) источником договорного права, т.е. рассматривается в качестве договорного условия в тех случаях, когда стороны соответствующего договора прямо не согласовали это условие и оно не определено диспозитивной нормой закона. Например, применимым в России обычаем признаны международные правила толкования торговых терминов Инкотермс 2000 , которые и будут применяться к соответствующим предпринимательским договорам, если их условия относительно транспортировки товара и распределения возникающих при этом рисков не будут определены их сторонами и не предусмотрены действующим российским законодательством.

Комментарий МТП к Инкотермс 2000. Толкование и практическое применение (перевод Н.Г. Вилковой) включен в информационный банк.

См.: п. 4 Постановления Правления Торгово-промышленной палаты РФ от 28 июня 2001 г. N 117-13 // Торгово-промышленные ведомости. 2001. N 19/20 (в соответствии с п. 3 ст. 15 Закона РФ от 7 июля 1993 г. N 5340-1 «О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации» ТПП РФ свидетельствует наличие и содержание торговых (предпринимательских) и портовых обычаев, принятых в Российской Федерации). Текст указанных Правил см.: Комментарий МТП к Инкотермс 2000. Толкование и практическое применение / Публикация Международной торговой палаты N 620. М., 2001.

Обычаи делового оборота следует отличать от сложившейся практики взаимоотношений сторон договора («заведенного порядка») (см. п. 3 комментария к статье 431 ГК РФ). Вместе с тем стороны предпринимательского договора могут согласовать применение к своим отношениям названных правил Инкотермс 2000, которые в этом случае станут частью их договора в качестве торговых (коммерческих) обыкновений.

8. Свобода договоров неизбежно подвергается тем или иным ограничениям, установленным в публичном интересе.

В ряде случаев ограничения договорной свободы вызваны развитием рынка, который не может нормально функционировать при их отсутствии. Так, ограничиваются возможности монопольных производителей товаров или услуг, которые не вправе навязывать своим контрагентам условия договоров, используя свое выгодное положение и невозможность потребителей обратиться к другим производителям, т.е. нарушая принцип конкуренции. В частности, органы регулирования естественных монополий вправе определять потребителей, подлежащих обязательному обслуживанию, а также устанавливать цены (тарифы) или их предельный уровень на продукцию таких монополий, т.е. определять контрагентов и некоторые существенные условия соответствующих договоров . Незаконными считаются навязывание предпринимателями своим контрагентам невыгодных условий договоров или необоснованный отказ либо уклонение от их заключения, представляющие собой разновидности недобросовестной конкуренции, а также соглашения хозяйствующих субъектов, направленные на ограничение конкуренции .

———————————
См.: ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 17 августа 1995 г. N 147-ФЗ «О естественных монополиях» (с послед. изм.) // Собрание законодательства РФ. 1995. N 34. Ст. 3426.

См.: подп. 3 и 5 п. 1 ст. 10 и п. 1 ст. 11 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции».

В тщательной защите нуждаются граждане-потребители, выступающие в качестве заведомо более слабой стороны во взаимоотношениях с профессиональными предпринимателями . Так, в договорах, где кредитором является гражданин как потребитель товаров, работ или услуг, стороны лишены права своим соглашением ограничивать установленный законом размер ответственности должника-услугодателя (п. 2 ст. 400 ГК).

———————————
См.: Закон о защите прав потребителей.

9. В договорных отношениях действует и общий принцип запрета злоупотребления правом (см. комментарий к ст. 10 ГК), в том числе запрета злоупотребления свободой договоров, который также можно считать одним из ограничений этой свободы. Применение данного принципа оправданно, например, в ситуациях, когда банк в качестве стороны кредитного договора навязывает своему клиенту-ссудополучателю несоразмерно большую неустойку за просрочку в возврате кредита и затем требует ее принудительного взыскания, ссылаясь на свободу договора .

Читайте также:
Онлайн-касса для ИП в 2022 году: УСН, ЕНВД, ОСНО, патент

———————————
Другие примеры применения этого принципа к договорным отношениям см. в п. п. 2, 3, 7, 9, 10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25 ноября 2008 г. N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» (Вестник ВАС РФ. 2009. N 2).

Комментарий к ст. 1 ГК РФ

1. В п. 1 комментируемой статьи сформулированы основные принципы гражданского законодательства РФ, под которыми понимаются основополагающие начала, содержащиеся в нормах гражданского права. Они определяют сущность всей системы гражданского права и отражают его наиболее важные свойства. Необходимо учитывать, что большинство этих принципов содержится и в Конституции РФ.

Значение их состоит также и в том, что согласно п. 2 ст. 6 ГК РФ (см. комментарий к нему) при невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Экономический оборот предполагает равенство его участников, невозможность для одного из них диктовать свою волю другому; такое равенство является необходимым условием основного отношения экономического оборота – обмена. Поэтому характерной чертой гражданского права является сформулированное в качестве принципа в п. 1 комментируемой статьи равенство сторон регулируемого гражданским правом отношения. Это не означает, что стороны конкретного отношения наделены равными правами. Напротив, одной стороне могут принадлежать только права, а у другой могут быть только обязанности (например, договор займа).

Таким образом, под равенством участников гражданских отношений понимается отсутствие между ними отношений власти и подчинения. В то же время объем принадлежащих участнику таких отношений субъективных прав может быть различным.

Неприкосновенность собственности – это не только один из основных принципов гражданского законодательства, но и важнейший конституционный принцип, сформулированный в ч. 3 ст. 35 Конституции РФ. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и полного возмещения.

ГК РФ содержит полный и исчерпывающий перечень оснований принудительного прекращения права собственности (обращение взыскания на имущество по обязательствам, реквизиция, выкуп бесхозяйственно содержащихся культурных ценностей, конфискация, выкуп домашних животных при ненадлежащем обращении с ними, прекращение права собственности лица на имущество, которое не может ему принадлежать, отчуждение недвижимости в связи с отчуждением участка, на котором она находится и др).

При этом безвозмездное изъятие имущества у собственника возможно только по решению суда в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения (конфискация – ст. 243 ГК РФ). Акты государственных органов и органов местного самоуправления, судебные решения, прекращающие право собственности, могут быть обжалованы в судебном порядке. Споры о возмещении убытков при прекращении права собственности также разрешаются судом.

Понятие “свобода договора” как один из важнейших принципов гражданского законодательства раскрывается в комментарии к ст. 421 ГК. Этот принцип заключается в том, что участники гражданских правоотношений самостоятельно решают вопрос о том, вступать ли им в эти отношения, с кем и на каких условиях. Принуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ или другим законом (например, обязанность предприятия-монополиста заключить договор при поставках для государственных нужд) либо добровольно принимается на себя в обязательстве (например, в предварительном договоре – ст. 429 ГК РФ).

Этот принцип выражается также в том, что, вступая в гражданско-правовые отношения, их участники могут заключать договоры, как предусмотренные ГК РФ, так и не предусмотренные им, однако не противоречащие общим началам гражданского законодательства. Возможно и заключение договоров, состоящих из элементов различных договоров (смешанные договоры). Наконец, за отдельными изъятиями стороны сами определяют условия заключаемых договоров.

В п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14 марта 2014 г. N 16 отмечено следующее.

“В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой”.

Недопустимость произвольного вмешательства в частные дела означает, что любое ограничение свободы усмотрения субъектов гражданских правоотношений в приобретении и осуществлении своих гражданских прав или получение информации о частной сфере этих субъектов помимо их воли допустимо лишь на основании и в порядке, установленных законом. Конституция РФ (ст. 23) закрепила право каждого на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Положения указанной статьи конкретизируются в гл. 8 ГК РФ, которая посвящена нематериальным благам и их защите. Действие указанного принципа распространяется, прежде всего, на государственные и муниципальные органы, которые могут вмешиваться в частные дела только в случаях, прямо предусмотренных законом (например, в случаях, предусмотренных законом, допускается прослушивание телефонных разговоров).

Об осуществлении и защите гражданских прав см. комментарий к ст. ст. 9 – 16 ГК.

Принцип беспрепятственного осуществления гражданских прав заключается в том, что каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (ч. 1 ст. 34 Конституции РФ).

Принцип восстановления и судебной защиты нарушенных прав – означает, с одной стороны, наличие строгой имущественной ответственности субъектов гражданского права при нарушении принятых на себя обязательств, с другой – возможность защищать гражданские права в суде, в том числе оспаривать в суде акты государственных органов или органов местного самоуправления, незаконно ограничивающие права участников имущественного оборота (см. комментарий к ст. 13 ГК РФ).

2. Как следует из ст. 9 ГК РФ (см. комментарий к ней), граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, причем отказ от осуществления принадлежащих им прав не влечет по общему правилу прекращения этих прав. Вместе с тем в случаях, предусмотренных законодательством, осуществление гражданских прав может быть ограничено. Так, допускается ограничение либо запрещение деятельности, направленной на ограничение конкуренции либо проявляющейся в злоупотреблении доминирующим положением на рынке. Недопустимы действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с целью причинить вред другому лицу, равно как и злоупотребление правом в других формах (см. комментарий к п. 1 ст. 10 ГК РФ).

Читайте также:
Оплата налогов за сотрудника

Осуществление гражданами и юридическими лицами своих гражданских прав своей волей и в своем интересе представляет собой общий принцип гражданского права. Отступление от него допускается при реализации полномочий законного представителя, своей волей осуществляющего гражданские права, представляемые в интересах последнего. О представительстве см. комментарий к ст. ст. 182 – 184.

Правило относительно свободы определения любых не противоречащих законодательству условий договора охватывается общим принципом свободы договора, о котором говорилось выше.

Указанные в п. 2 комментируемой статьи допустимые основания ограничения гражданских прав воспроизводят соответствующие положения ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, в которой сказано, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

3. В качестве еще одного принципа законодатель в п. 3 комментируемой статьи впервые указал принцип добросовестности участников гражданского оборота. Указанный принцип в ст. 1 ГК ранее не декларировался, хотя иногда он упоминался в правовых нормах ранее действовавшего законодательства. В качестве примера можно привести п. 2 ст. 6 ГК, согласно которому при невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

Сформулирован он в п. 3 ст. 1 ГК, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. А в п. 4 указанной статьи установлено, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В действующем гражданском законодательстве (в том числе с учетом принятых последних изменений) не закреплено легальное определение добросовестности. “Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное”.

Дать юридически выверенное определение добросовестности вряд ли возможно. Представляется, что отталкиваться надо от того, что лицо следует считать добросовестным в том случае, когда оно действует без умысла причинить вред другому лицу, а также не допускает легкомыслия (самонадеянности) или небрежности по отношению к возможному причинению вреда. Такое определение следует из содержания ст. 302 ГК РФ, согласно которой добросовестным приобретателем является лицо, “которое не знало и не могло знать о том, что приобретает имущество у лица, не имеющего права его отчуждать” .

Емельянов В.И. Юридическая сущность доброй совести // ЭЖ-Юрист. 2002. N 18. С. 18.

4. Федеральным законом от 30 декабря 2012 г. N 302-ФЗ п. 4 комментируемой статьи, в котором говорится о недопустимости извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, изложен полностью в новой редакции.

В п. 9 Постановления Пленума ВАС от 14 марта 2014 г. N 16 “О свободе договора и ее пределах” указано, что “поскольку согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании ст. 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по ст. 169 ГК РФ”.

Согласно п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. N 7 “по смыслу ст. 406.1 ГК РФ возмещение потерь допускается, если будет доказано, что они уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем. При этом сторона, требующая выплаты соответствующего возмещения, должна доказать наличие причинной связи между наступлением соответствующего обстоятельства и ее потерями. Стороны вправе установить, в частности, такой порядок определения размера потерь, по которому одна из сторон возмещает другой все возникшие у нее потери, вызванные соответствующими обстоятельствами, или их часть.

Если сторона, в пользу которой должно быть осуществлено возмещение потерь, недобросовестно содействовала наступлению обстоятельства, на случай которого установлено это возмещение, для целей применения ст. 406.1 ГК РФ такое обстоятельство считается ненаступившим (п. 4 ст. 1, п. 2 ст. 10 ГК РФ)”.

5. В п. 5 комментируемой статьи установлено общее правило свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств. Принцип свободного перемещения объектов предпринимательской деятельности (товары, услуги и финансовые средства) получил закрепление в ст. 8 Конституции РФ. В силу указанной статьи “в Российской Федерации гарантируется единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, работ и финансовых средств”.

Приведенный в п. 5 ст. 1 перечень оснований, по которым законом могут быть введены ограничения перемещения товаров и услуг, является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. Любые ограничения перемещения товаров и услуг могут быть введены только федеральным законом и лишь тогда, когда это оказывается необходимым в целях обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей.

Например, такого рода ограничения содержатся в Законе о защите конкуренции, о чем указывается в п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июня 2008 г. N 30 “О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства” (ред. от 14 октября 2010 г.).

В нем было отмечено следующее: “К нормам ГК РФ, на которых основано антимонопольное законодательство, относится, в частности, статья 1 ГК РФ, которой установлен запрет на ограничение гражданских прав и свободы перемещения товаров, кроме случаев, когда такое ограничение вводится федеральным законом (при этом к числу законов, вводящих соответствующие ограничения, относится и Закон о защите конкуренции)”.

Примером введения ограничений перемещения товаров и услуг является положение п. “г” ст. 11 Федерального конституционного закона от 30 мая 2001 г. N 3-ФКЗ “О чрезвычайном положении”, устанавливающее, что указом Президента РФ о введении чрезвычайного положения на период действия чрезвычайного положения может предусматриваться установление ограничений на осуществление отдельных видов финансово-экономической деятельности, включая перемещение товаров, услуг и финансовых средств.

Комментарий к ст. 421 ГК РФ

1. Одним из важнейших условий реализации договора является его свобода, а также свобода лиц, его заключающих. Значение свободы договора столь велико, что законодатель признает это положение одним из основных начал (принципов) гражданского законодательства (п. 1 ст. 1 ГК). Кроме того, принцип свободы договора получил нормативное закрепление в ст. 421 ГК. Свобода договора отражает диспозитивную направленность норм гражданского права и является одной из форм свободы волеизъявления субъектов гражданского оборота.

2. Понятие “свобода договора” имеет многоаспектный характер, что нашло отражение в комментируемой статье.

Читайте также:
Наследование по завещанию и по закону: понятие и разница

Во-первых, подразумевается, что субъекты гражданского оборота самостоятельно решают вопрос о том, вступать ли им в договорные отношения друг с другом. Понуждение к заключению договора по общему правилу не допускается. Принимая решение о заключении договора, заинтересованные лица вместе с тем принимают на себя ответственность за его реализацию.

Во-вторых, свобода договора означает, что стороны вправе заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Так, до 2004 г. была широко распространена практика заключения договоров долевого участия в строительстве многоквартирных домов, не имеющих соответствующего правового регулирования. Эти договоры позитивно воспринимались доктриной и судебно-арбитражной практикой, а с принятием ФЗ от 30 декабря 2004 г. N 214-ФЗ “Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости” (СЗ РФ. 2005. N 1. Ст. 40) нашли и нормативное закрепление.

В-третьих, свобода договора состоит в том, что стороны вправе заключить такое соглашение, которое содержит элементы различных договоров (так называемые смешанные договоры). К отношениям сторон в этом случае применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (п. 3 комментируемой статьи).

В-четвертых, свобода договора проявляется в праве сторон определить содержание условий договора по собственному усмотрению, за исключением случаев, когда иное прямо предусмотрено законом или иными правовыми актами (п. 4 комментируемой статьи).

3. В то же время свобода договора не является безграничной. В соответствии с п. 1 ст. 422 ГК договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Свобода договора в соответствии с законом ограничивается в случаях, когда: 1) заключение договора является обязательным для одной из сторон; 2) тем или иным субъектам запрещено заключение договоров определенных видов; 3) какая-либо из сторон ограничена в возможности участвовать в выработке условий договора или лишена такой возможности.

В случае заключения договора, противоречащего требованиям закона или иных правовых актов, он является недействительной (ничтожной) сделкой и не влечет правовых последствий. Таким образом, стремление заключить незаконный договор следует рассматривать как противоправное действие.

4. Согласно п. 1 возможность понуждения к заключению договора допускается лишь в случаях, когда это установлено ГК, законом или обязательством, добровольно принятым на себя стороной. Так, Кодекс допускает понуждение к заключению договора в случае нарушения права преимущественной покупки (ст. 250 ГК), преимущественного права арендатора на заключение договора на новый срок (ст. 621 ГК), преимущественного права нанимателя на заключение договора на новый срок (ст. 684 ГК), при заключении публичного договора (ст. 426 ГК), при заключении договора банковского счета (ст. 846 ГК) и в некоторых других случаях.

5. Правило, содержащееся в п. 2 комментируемой статьи, основано на более общей норме, согласно которой гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (подп. 1 п. 1 ст. 8 ГК).

В п. 2 речь идет о договорах, как предусмотренных законом или иными правовыми актами (поименованных договорах), так и не предусмотренных законом или иными правовыми актами (непоименованных договорах).

6. Действующий Кодекс выделяет 26 договорных типов, ряд из которых, в свою очередь, разделен на отдельные виды (купля-продажа, рента и пожизненное содержание с иждивением, аренда, подряд, заем и кредит, хранение). Все указанные договорные типы являются поименованными.

Кроме того, отдельные виды договоров урегулированы не только Кодексом, но и иными правовыми актами. Так, помимо договора энергоснабжения, предусмотренного § 6 гл. 30 ГК, в ФЗ от 26 марта 2003 г. N 35-ФЗ “Об электроэнергетике” (СЗ РФ. 2003. N 13. Ст. 1177) выделяются такие его виды, как договор купли-продажи электроэнергии на розничном рынке, договор поставки электрической энергии на розничном рынке (п. 2 ст. 37), договор, регулирующий взаимодействие системного оператора и организации по управлению Единой национальной (общероссийской) электрической сетью (п. 4 ст. 34), договор, регулирующий взаимодействие системного оператора и администратора торговой системы оптового рынка (п. 5 ст. 34), договор между системным оператором и нижестоящими субъектами оперативно-диспетчерского управления, а также договоры между субъектами оперативно-диспетчерского управления вышестоящего и нижестоящего уровней (п. 3 ст. 16), договор о присоединении к торговой системе и др. Все указанные договоры также относятся к числу поименованных договоров, поскольку прямо упомянуты в Законе.

7. Закрепление в законе того или иного договорного типа или его разновидности не означает того, что субъекты оборота не вправе самостоятельно создавать те или иные нормы в рамках этого договора. Такая ситуация представляется вполне естественной, поскольку любые законодательные предписания, в том числе и положения о договорных типах, не могут адекватно отражать все особенности экономической жизни и отношений, складывающихся между участниками оборота. Поэтому в соответствии с принципом свободы договора законодатель предоставил субъектам гражданского оборота возможность заключать такие договоры, которые не предусмотрены в законе (такие соглашения иногда именуют договорами sui generis, т.е. договорами особого рода). Однако свобода заключения договоров, не поименованных в законодательстве, ограничена определенными пределами. Во-первых, такие договоры не должны противоречить действующим нормам законодательства. Во-вторых, такие договоры по общему правилу не должны затрагивать права и обязанности лиц, не участвующих в них. В-третьих, в определенных случаях заинтересованные субъекты вправе заключить только такой договор, который предписан законом, и в соответствии с теми обязательными параметрами, которые диктуются императивными нормами. В-четвертых, определенные договоры могут быть заключены только специальными субъектами, на которых указывает законодатель (например, банковские, кредитные или страховые организации).

8. К отношениям, вытекающим из непоименованных договоров, применяются в первую очередь те нормы, которые сформулировали сами стороны; в случае отсутствия соответствующих договорных норм – нормы Кодекса, регулирующие сходные договорные типы, затем – общие нормы обязательственного права, а в случае отсутствия таковых – общие начала гражданского законодательства. Если стороны заключили договор, не предусмотренный гражданским законодательством, но не противоречащий его букве и духу, то такой договор защищается публичной властью. Это означает, что если какая-либо из сторон не исполняет обязательства, возложенные на нее непоименованным договором, то другая сторона вправе прибегнуть к судебной защите, а государство обязано обеспечить принудительное исполнение этого договора.

9. В п. 5 допускается возможность определения условия договора на основе обычаев делового оборота, если оно не определено самими сторонами либо диспозитивной нормой. Обычай делового оборота представляет собой сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе (см. коммент. к п. 1 ст. 5 ГК).

Комментарий к статье 421 Гражданского Кодекса РФ

1. Одним из важнейших условий реализации договора является его свобода, а также свобода лиц, его заключающих. Значение свободы договора столь велико, что законодатель признает это положение одним из основных начал (принципов) гражданского законодательства (п. 1 ст. 1 ГК). Кроме того, принцип свободы договора получил нормативное закрепление в ст. 421 ГК. Свобода договора отражает диспозитивную направленность норм гражданского права и является одной из форм свободы волеизъявления субъектов гражданского оборота.

Читайте также:
Все нюансы экспертизы качества медицинской помощи

2. Понятие «свобода договора» имеет многоаспектный характер, что нашло отражение в комментируемой статье.

Во-первых, подразумевается, что субъекты гражданского оборота самостоятельно решают вопрос о том, вступать ли им в договорные отношения друг с другом. Понуждение к заключению договора по общему правилу не допускается. Принимая решение о заключении договора, заинтересованные лица вместе с тем принимают на себя ответственность за его реализацию.

Во-вторых, свобода договора означает, что стороны вправе заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Так, до 2004 г. была широко распространена практика заключения договоров долевого участия в строительстве многоквартирных домов, не имеющих соответствующего правового регулирования. Эти договоры позитивно воспринимались доктриной и судебно-арбитражной практикой, а с принятием ФЗ от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости» (СЗ РФ. 2005. № 1. Ст. 40) нашли и нормативное закрепление.

В-третьих, свобода договора состоит в том, что стороны вправе заключить такое соглашение, которое содержит элементы различных договоров (так называемые смешанные договоры). К отношениям сторон в этом случае применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (п. 3 комментируемой статьи).

В-четвертых, свобода договора проявляется в праве сторон определить содержание условий договора по собственному усмотрению, за исключением случаев, когда иное прямо предусмотрено законом или иными правовыми актами (п. 4 комментируемой статьи).

3. В то же время свобода договора не является безграничной. В соответствии с п. 1 ст. 422 ГК договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Свобода договора в соответствии с законом ограничивается, в случаях когда: 1) заключение договора является обязательным для одной из сторон; 2) тем или иным субъектам запрещено заключение договоров определенных видов; 3) какая-либо из сторон ограничена в возможности участвовать в выработке условий договора или лишена такой возможности.

В случае заключения договора, противоречащего требованиям закона или иных правовых актов, он является недействительной (ничтожной) сделкой и не влечет правовых последствий. Таким образом, стремление заключить незаконный договор следует рассматривать как противоправное действие.

4. Согласно п. 1 возможность понуждения к заключению договора допускается, лишь в случаях когда это установлено ГК, законом или обязательством, добровольно принятым на себя стороной. Так, Кодекс допускает понуждение к заключению договора в случае нарушения права преимущественной покупки (ст. 250 ГК), преимущественного права арендатора на заключение договора на новый срок (ст. 621 ГК), преимущественного права нанимателя на заключение договора на новый срок (ст. 684 ГК), при заключении публичного договора (ст. 426 ГК), при заключении договора банковского счета (ст. 846 ГК) и в некоторых других случаях.

5. Правило, содержащееся в п. 2 комментируемой статьи, основано на более общей норме, согласно которой гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (подп. 1 п. 1 ст. 8 ГК).

В п. 2 речь идет о договорах, как предусмотренных законом или иными правовыми актами (поименованных договорах), так и не предусмотренных законом или иными правовыми актами (непоименованных договорах).

При оценке судом того, является ли договор непоименованным, принимается во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон, распределение рисков и т. д. Нормы об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, могут быть применены к непоименованному договору по аналогии закона в случае сходства отношений и отсутствия их прямого урегулирования соглашением сторон (п. 1 ст. 6 ГК). Применение к непоименованным договорам по аналогии закона императивных норм об отдельных поименованных видах договоров возможно в исключительных случаях, когда исходя из целей законодательного регулирования ограничение свободы договора необходимо для защиты охраняемых законом интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов или недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон. При этом суд должен указать на то, какие соответствующие интересы защищаются применением императивной нормы по аналогии закона (Постановление № 16).

6. Действующий Кодекс построен на выделении договорных типов, ряд из которых, в свою очередь, разделен на отдельные виды (купля-продажа, рента и пожизненное содержание с иждивением, аренда, подряд, заем и кредит, хранение). Все указанные договорные типы являются поименованными.

Кроме того, отдельные виды договоров урегулированы не только Кодексом, но и иными правовыми актами. Так, помимо договора энергоснабжения, предусмотренного § 6 гл. 30 ГК, в ФЗ от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (СЗ РФ. 2003. № 13. Ст. 1177) выделяются такие его виды, как договор купли-продажи электроэнергии на розничном рынке, договор поставки электрической энергии на розничном рынке (п. 2 ст. 37), договор, регулирующий взаимодействие системного оператора и организации по управлению Единой национальной (общероссийской) электрической сетью (п. 4 ст. 34), договор, регулирующий взаимодействие системного оператора и администратора торговой системы оптового рынка (п. 5 ст. 34), договор между системным оператором и нижестоящими субъектами оперативно-диспетчерского управления, а также договоры между субъектами оперативно-диспетчерского управления вышестоящего и нижестоящего уровней (п. 3 ст. 16), договор о присоединении к торговой системе и др. Все указанные договоры также относятся к числу поименованных договоров, поскольку прямо упомянуты в Законе.

7. Закрепление в законе того или иного договорного типа или его разновидности не означает того, что субъекты оборота не вправе самостоятельно создавать те или иные нормы в рамках этого договора. Такая ситуация представляется вполне естественной, поскольку любые законодательные предписания, в том числе и положения о договорных типах, не могут адекватно отражать все особенности экономической жизни и отношений, складывающихся между участниками оборота. Поэтому в соответствии с принципом свободы договора законодатель предоставил субъектам гражданского оборота возможность заключать такие договоры, которые не предусмотрены в законе (такие соглашения иногда именуют договорами sui generis, т. е. договорами особого рода). Однако свобода заключения договоров, не поименованных в законодательстве, ограничена определенными пределами. Во-первых, такие договоры не должны противоречить действующим нормам законодательства. Во-вторых, такие договоры по общему правилу не должны затрагивать права и обязанности лиц, не участвующих в них. В-третьих, в определенных случаях заинтересованные субъекты вправе заключить только такой договор, который предписан законом, и в соответствии с теми обязательными параметрами, которые диктуются императивными нормами. В-четвертых, определенные договоры могут быть заключены только специальными субъектами, на которых указывает законодатель (например, банковские, кредитные или страховые организации).

Читайте также:
Как заполнять журналы по охране труда?

8. К отношениям, вытекающим из непоименованных договоров, применяются в первую очередь те нормы, которые сформулировали сами стороны; в случае отсутствия соответствующих договорных норм — нормы Кодекса, регулирующие сходные договорные типы, затем — общие нормы обязательственного права, а в случае отсутствия таковых — общие начала гражданского законодательства. Если стороны заключили договор, не предусмотренный гражданским законодательством, но не противоречащий его букве и духу, то такой договор защищается публичной властью. Это означает, что если какая-либо из сторон не исполняет обязательства, возложенные на нее непоименованным договором, то другая сторона вправе прибегнуть к судебной защите, а государство обязано обеспечить принудительное исполнение этого договора.

9. В п. 5 допускается возможность определения условия договора на основе обычая, применимого к отношениям сторон, если оно не определено самими сторонами либо диспозитивной нормой. Обычай представляет собой сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской или иной деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе (см. комментарий к п. 1 ст. 5 ГК).

Комментарий к Ст. 421 ГК РФ

Комментируемая норма детализирует основное начало гражданского законодательства, предусмотренное ст. 1 ГК РФ. Многоаспектное проявление свободы договора в рассматриваемой норме подчеркивает частноправовой характер договора.

Прежде всего, с отрицательной стороны принцип договорной свободы обозначает то, что против своей воли никто не обязан вступать в договор. Положение это представляется естественным, и тем не менее в современном праве известны случаи, когда оно терпит известные ограничения. И думается, что это было бы правильно: всякий вправе рассчитывать, что те услуги, которые предлагаются публике вообще, будут оказаны и ему; открытие предприятия для публики должно быть сопряжено и с соответствующей обязанностью. С положительной стороны принцип договорной свободы обозначает право частных лиц заключать договоры любого содержания. Это неизбежное последствие самого назначения договора служить формой для определения частных отношений, для удовлетворения индивидуальных интересов.

Смешанный договор, содержащий элементы разных договоров, устанавливает единую совокупность обязательств. Заключенный сторонами договор представляет собой смешанный договор, так как в нем стороны соединили условия разных гражданско-правовых договоров и связали осуществление своих прав и обязанностей, предусмотренных одним из этих договоров, с осуществлением прав и обязанностей, предусмотренных другим договором (приложение к информационному письму Президиума ВАС РФ от 16.02.2001 N 59).

Ограничения свободы договора

Существуют определенные случаи, когда свобода договора ограничивается. Такие случаи включают в себя:

  • случаи обязательного заключения договора (например, на электричество и воду с физическими лицами);
  • неравенство сторон;
  • противоречие публичному порядку.

Существуют и иные случаи ограничения свободы договора. При этом важно, что такие случаи чаще всего действуют в интересах физических лиц или государства и намного реже встречаются в отношениях коммерческих предприятий друг с другом.

Среди норм ГК, ограничивающих свободу договора, прежде всего следует назвать ст. 426 ГК, устанавливающую обязанность заключить публичный договор и право контрагента обязанной стороны обратиться в суд с иском о понуждении заключить договор.

Обязанность банка заключить договор банковского счета с клиентом, обратившимся с предложением открыть счет на объявленных банком условиях, установлена п.2 ст. 846 ГК.

Свобода договора ограничена также в нормах ГК, устанавливающих преимущественное право на заключение договора. ГК устанавливает преимущественное право:

  1. участников общей собственности на покупку доли в праве общей собственности (ст. 250 ГК);
  2. участников ООО на покупку доли при продаже (уступке) одним из участников общества своей доли в уставном капитале (ст. 93);
  3. акционеров ЗАО на приобретение акций, продаваемых другими акционерами этого общества (ст. 97);
  4. арендатора заключить договор аренды на новый срок предусмотрено ст. 621 ГК;
  5. нанимателя заключить договор найма жилого помещения на новый срок – ст. 684 ГК, а аналогичное право заключения договора коммерческой концессии – ст. 1035 ГК.

Во всех этих случаях обладатель преимущественного права в соответствии со ст. 446 ГК пользуется правом судебной защиты, если контрагентом допущены нарушения, связанные с заключением договора.

К законам, предусматривающим различные исключения из принципа свободы договора, относятся:

Как вытекает из абз. 1 п. 4, условия договора – это совокупность положений, определяющих права и обязанности сторон, заключивших договор. При этом одни условия договора определяются императивными правовыми нормами и не могут быть изменены или отменены соглашением сторон; эти условия входят в договор и принимаются сторонами договора к исполнению. Все остальные условия определяются свободным усмотрением сторон.

Принцип свободы договора и его ограничения

Свобода договора является одним из основополагающих принципов международного права.

Данный принцип закреплен в ст. 1 ГК РФ и раскрывается в ст. 421 ГК РФ:

«1. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
2. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.
3. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.
4. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).
В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.
5. Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями делового оборота, применимыми к отношениям сторон».

Таким образом, принцип свободы договора включает в себя следующее:

  • право стороны самостоятельно решать, заключать ли ей договор или нет;
  • свобода выбора лица, с которым заключается договор;
  • лица, заключающие договор, могут определять условия такого договора самостоятельно;
  • право изменять или прекращать заключенный договор.

Свобода договора означает также право сторон договора:

  • выбрать его форму (ст. 434 ГК);
  • право выбрать способ обеспечения исполнения договора (гл.23) и др.

Таким образом, принцип свободы договора очень широк и многогранен.

Значение свободы договора:

  • имеет значительное влияние на рынок;
  • способствует прогрессу коммерческих взаимоотношений;
  • регулирует отношения, которые не могут в должной степени контролироваться отдельными государствами;
  • позволяет унифицировать международную практику.
Ссылка на основную публикацию