Полномочия адвоката по ордеру в гражданском процессе

Полномочия адвоката в гражданском процессе

Чем регламентируются полномочия адвоката в гражданском процессе

Как указывает п. 1 ст. 6 закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» от 31.05.2002 № 63-ФЗ (далее — закон № 63-ФЗ), полномочия адвоката в гражданском процессе регламентируются соответствующим процессуальным законодательством РФ, т. е. в рассматриваемом случае — Гражданским процессуальным кодексом РФ (далее — ГПК РФ).

Согласно ст. 54 ГПК РФ представитель в гражданском процессе по общему правилу правомочен совершать от имени представляемого все процессуальные действия, хотя некоторые из них должны быть специально отмечены в доверенности. О том, как именно полномочия адвоката должны быть подтверждены, поговорим далее.

Таким образом, к спецполномочиям адвоката, участвующего в гражданском процессе, относятся следующие действия (ст. 35 ГПК РФ):

  • ознакомление с материалами дела и совершение выписок из таких дел;
  • снятие копий с материалов дела;
  • заявление отводов;
  • представление доказательств и участие в их исследовании (см. блок статей «Доказательства в гражданском процессе»);
  • опрос других участников дела, свидетелей, экспертов, специалистов;
  • заявление ходатайств (полезные материалы по данной теме представлены в блоке «Ходатайства в гражданском процессе»);
  • представление суду объяснений;
  • приведение доводов;
  • представление возражений относительно заявляемых другими лицами ходатайств и приводимых доводов;
  • получение копий судебных постановлений;
  • обжалование судебных постановлений и др.

В дополнение к представленному материалу рекомендуем также прочитать статью «Понятие и виды представительства».

Права и обязанности адвоката в деле по ГПК РФ

Общие права и обязанности адвоката в гражданском процессе определены ст. 6 закона № 63-ФЗ. Так, адвокат правомочен на совершение следующих действий уже в силу закона:

  • сбор сведений, необходимых для надлежащего оказания юрпомощи;
  • опрос лиц, предположительно обладающих значимой для разрешения дела информацией, при наличии согласия таких лиц;
  • сбор и представление в соответствии с законами РФ доказательств в дело;
  • привлечение по договору лиц, обладающих спецзнаниями, для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юрпомощи;
  • проведение встреч с доверителем без ограничений по их количеству и продолжительности наедине и в условиях, обеспечивающих конфиденциальность;
  • фиксация сведений, содержащихся в материалах дела, по которому данный адвокат предоставляет свою юрпомощь (при этом должны быть соблюдены требования закона об охране государственной и иных видов тайн, см. материалы блока «Тайна»).

Данным списком спектр прав адвоката не ограничивается. Он имеет право на совершение иных процессуальных действий, если это не противоречит требованиям закона.

При этом адвокат не может:

  • принимать от обратившегося к нему за помощью субъекта поручения, носящие заведомо противозаконный характер;
  • принимать от обратившегося к нему за юрпомощью субъекта поручение, если сам адвокат имеет или может иметь самостоятельный интерес в отношении предмета поручения;
  • принимать по делу позицию, противоположную позиции доверителя (кроме случаев самооговора последнего);
  • обнародовать заявления о доказанности вины доверителя, если последний ее отрицает;
  • оглашать сведения, сообщенные ему в рамках дела доверителем, без согласия на то последнего;
  • отказать от принятой на себя защиты.

Не может адвокат и негласно сотрудничать с органами, ведущими оперативно-розыскную деятельность.

Полномочия адвоката по ордеру и по доверенности

Согласно букве закона полномочия адвоката удостоверяются (п. 2 ст. 6 закона № 63-ФЗ):

  • ордером — в регламентированных законом случаях;
  • доверенностью — во всех иных случаях.

Иначе говоря, в тех ситуациях, когда отсутствуют императивные нормы, требующие от адвоката наличия ордера, он может действовать на основании доверенности.

При этом достаточно общие формулировки в законе порождают на практике массу споров о том, как должны быть подтверждены те или иные полномочия.

Так, п. 5 ст. 53 ГПК РФ установлено, что ордером удостоверяется право адвоката на выступление в суде. При этом не вполне ясно, какой спектр полномочий охватывает словестная конструкция «выступление в суде».

Данный вопрос был прокомментирован правоприменителем: полномочия адвоката по ордеру в гражданском процессе сводятся к его праву на выступление в суде в интересах представляемого.

Однако спецполномочия, регламентированные ст. 54 ГПК РФ, могут быть осуществлены адвокатом только на основании доверенности, выданной доверителем (вопрос 15 из Обзора за 3-й квартал 2003 г., утв. постановлениями Президиума ВС РФ от 03.12.2003, 24.12.2003, вопрос 15 из Ответов судколлегии. утв. Президиумом ВС РФ 24.03.2004, по аналогии закона — вопрос 16 из Обзора судпрактики ВС РФ № 3 (2015), утв. Президиумом ВС РФ 25.11.2015).

Итак, полномочия адвоката при его участии в гражданском процессе регламентированы нормами ГПК РФ. При этом на основании ордера адвокат имеет право на выступление в суде в данном процессе, а для исполнения им спецполномочий, определенных ст. 54 ГПК РФ, нужна соответствующая доверенность.

Об оформлении полномочий адвоката в гражданском процессе

Нередко случается, что клиенты не успевают оформить судебную доверенность. В этой ситуации на помощь адвокату приходит ордер.

Ранее каких-либо проблем, связанных с представлением интересов клиентов по ордеру у меня не возникало. Представив ордер в суде общей юрисдикции, я мог осуществлять все процессуальные действия за исключением тех, которые должны быть специально оговорены в доверенности.

Однако недавно я приехал в Верховный Суд РФ для ознакомления с материалами дела, но не был допущен по ордеру. Специалист проконсультировалась с судьей и отказала мне, заявив, что в силу ч. 5 ст. 53 ГПК РФ ордер дает адвокату лишь право на выступление в суде, а совершать все иные процессуальные действия, в том числе знакомиться с материалами дела адвокат вправе на основании доверенности.

Действительно ч. 5 ст. 53 ГПК РФ говорит о том, что «Право адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяется ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием».

Однако, по моему мнению, ч. 5 ст. 53 ГПК не может толковаться таким образом, что адвокат не вправе совершать иные процессуальные действия, кроме как выступать в суде. Кроме того, само словосочетание «выступление в суде» является каучуковым и включает в себя комплекс процессуальных прав. Если согласить с противоположным толкованием, то следует признать нелогичность законодателя: адвокат вправе выступать в суде по ордеру, но лишен возможность осуществить иные процессуальные действия, направленные на достижение указанной цели.

Хотелось бы услышать мнение коллег о толковании ч. 5 ст. 53 ГПК РФ и личной практике по представлению интересов клиента в гражданском процессе на основании ордера в аналогичных ситуациях.

  • 26213
  • рейтинг 1

Принцип свободы договора и его реализация в практике арбитражных судов

Корпоративное право. Онлайн курс

Introduction to English Legal System

Комментарии (4)

Это довольно распространенное убеждение судей о том, что ордер дает адвокату только право на выступление в суде. Кстати, основанное на законе, но сложившейся практики его неправильного толкования.

Как следует из положений ч. 5 ст. 53 ГПК РФ право адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяется ордером. При этом в ч. 1 ст. 53 ГПК РФ говорится о том, что полномочия представителя должны быть выражены в доверенности. Может сложиться впечатление, что кроме устных выступлений, адвокат лишен возможности что бы то ни было сделать в отсутствие доверенности. Однако из содержания ч. 1 ст. 54 ГПК РФ следует, что представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия. за исключением прямо поименнованных в законе исключения, необходимость которых должны быть выражена в доверенности.

Сюда относятся в том числе полномочия на ознакомление с делом, принесение ходатайств, в том числе о назначении экспертиз, об истребовании доказательств. Сам такие ходатайства на основании ордера заявляю от своего имени и никаких вопросов никогда не было. Ведь указанные “ордерные” полномочия являются по существу своему частью судоговорения, выступления адвоката в процессе.

Как не вспомнить здесь об оформлении полномочий заявлением стороны по делу, занесенным в протокол судебного заседания, – даже такой представитель имеем все права, за исключением тех, передача которых требует доверенности.

Об этом же имеется разъяснение самого ВС РФ: как следует из ответа на вопрос 15 “Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2003 года” адвокат, имеющий ордер, в силу ст. 54 ГПК РФ вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия. Адвокат для совершения процессуальных действий, предусмотренных ст. 54 ГПК РФ, от имени представляемого им лица должен быть уполномочен на это доверенностью.

Стало быть при реализации иных полномочий представителя доверенность адвокату не нужна.

Может ли адвокат на основании ордера участвовать, если нет доверенности?

В соответствии со ст. 54 ГПК РФ, некоторые полномочия могут быть подтверждены только доверенностью. По смыслу п. 5 ст. 53 ГПК РФ, наличие ордера у лица, имеющего статус адвоката, подтверждает его полномочия представителя в гражданском судопроизводстве и дает ему право действовать в качестве представителя без доверенности.

К сожалению, полномочия адвоката и адвокатского удостоверения достаточны только для представительства интересов клиента в суде (ст. 54 ГПК) Вместе с тем, для осуществления полноценного представления интересов клиента также необходима доверенность.

Например, без доверенности адвокат не может подписывать исковое заявление от своего имени, предъявлять его в суд, осуществлять подачу письменных ходатайств, изменять или отказываться от иска полностью и ли в части, заявлять встречные требования или заключать мировое соглашение, получать присужденное имущество или предъявлять исполнительный лист к принудительному исполнению, обжаловать решение суда, и т.д.

Так что только на основании ордера его полномочия будут весьма усечены, однако для участия в процессе достаточно только лишь адвокатского ордера.

Согласно ст. 54 ГПК РФ Представитель вправе совершать от имени представляемого все процессуальные действия. Однако право представителя на подписание искового заявления, предъявление его в суд, передачу спора на рассмотрение третейского суда, предъявление встречного иска, полный или частичный отказ от исковых требований, уменьшение их размера, признание иска, изменение предмета или основания иска, заключение мирового соглашения, передачу полномочий другому лицу (передоверие), обжалование судебного постановления, предъявление исполнительного документа к взысканию, получение присужденного имущества или денег должно быть специально оговорено в доверенности, выданной представляемым лицом.

Статья 53.ГПК РФ

1. Полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом.

2. Доверенности, выдаваемые гражданами, могут быть удостоверены в нотариальном порядке либо организацией, в которой работает или учится доверитель, товариществом собственников жилья, жилищным, жилищно-строительным или иным специализированным потребительским кооперативом, осуществляющим управление многоквартирным домом, управляющей организацией по месту жительства доверителя, администрацией организации социального обслуживания, в которой находится доверитель, а также стационарного лечебного учреждения, в котором доверитель находится на излечении, командиром (начальником) соответствующих воинских части, соединения, учреждения, военной профессиональной образовательной организации, военной образовательной организации высшего образования, если доверенности выдаются военнослужащими, работниками этих части, соединения, учреждения, военной профессиональной образовательной организации, военной образовательной организации высшего образования или членами их семей. Доверенности лиц, находящихся в местах лишения свободы, удостоверяются начальником соответствующего места лишения свободы.

Читайте также:  Структура иска в гражданском процессе

3. Доверенность от имени организации выдается за подписью ее руководителя или иного уполномоченного на это ее учредительными документами лица, скрепленной печатью этой организации (при наличии печати).

4. Законные представители предъявляют суду документы, удостоверяющие их статус и полномочия.

5. Право адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяется ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием.

6. Полномочия представителя могут быть определены также в устном заявлении, занесенном в протокол судебного заседания, или письменном заявлении доверителя в суде.

Доверенность, а не ордер

К вопросу о полномочиях адвоката в гражданском процессе.

Адвокат Дмитрий Загайнов, ИНТЕЛЛЕКТ-С, анализирует положения законодательства, регулирующие оформление полномочий адвоката в гражданском процессе, и рассматривает применение этих норм закона в судебной практике.

Поводом для данной публикации послужило недавнее обсуждение в социальных сетях вопроса: как реагировать на отсутствие ордера у адвоката, представляющего одну из сторон по гражданскому делу? Тему поднял юрист, не обладающий статусом адвоката. Оставив в стороне провокационность постановки вопроса, я к своему удивлению обнаружил комментарии коллег-адвокатов, которые утверждали, что отсутствие ордера адвоката в гражданском процессе однозначно влечет нарушение Кодекса профессиональной этики адвоката и является достаточным поводом для обращения в адвокатскую палату субъекта РФ с заявлением о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности.

Для того чтобы окончательно внести ясность в этот вопрос, предлагаю свое видение решения проблемы.

Материальные и процессуальные нормы

Согласно п. 1 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатуре), полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

Там же, в п. 2, указано, что в случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности.

Таким образом, Закон об адвокатуре не должен регулировать положения об удостоверении полномочий адвоката, вступающего в тот или иной процесс. Поэтому законодатель и отправляет нас при выяснении данного вопроса к соответствующему процессуальному закону. При этом Закон об адвокатуре указывает на необходимость иметь ордер на исполнение поручения исключительно в случаях, прямо указанных в законе, а там, где нет императивного указания закона, полномочия адвоката подтверждаются доверенностью.

Данный постулат важен, чтобы исключить всякие рассуждения на предмет того, что адвокат во всех случаях исполнения поручения обязан иметь ордер. Такое утверждение не выдерживает критики по следующим причинам.

Право на выступление в суде

При анализе ст. 53 ГПК РФ, именуемой «Оформление полномочий представителя», сразу обращает на себя внимание п. 1, согласно которому полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом. И только в п. 5 указанной статьи закреплено, что право адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяется ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием.

Таким образом, мы наблюдаем коллизию двух положений:

  • представительство должно оформляться доверенностью;
  • право адвоката на выступление в процессе в качестве представителя удостоверяется ордером.

Из текста указанных норм следует, что если адвокат вступает в процесс на основании ордера, выданного соответствующим адвокатским образованием, то специальное оформление его полномочий не требуется. Важно отметить, что ордер на исполнение поручения удостоверяет право только на осуществление общих процессуальных полномочий представителя. А если буквально – то только на выступление в суде.

На мой взгляд, само право на «выступление в суде» – не конкретное.

Так, возникает вопрос: а подразумевает ли оно право на то, чтобы знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии, представлять доказательства, давать объяснения суду в письменной форме, получать копии судебных постановлений? Ответ не предлагаю, так как вопрос дискуссионный и не является предметом настоящей публикации.

Очевидно следующее: данное право не дает возможности адвокату представить от своего имени какое-либо письменное заявление, объяснение, ходатайство, мировое соглашение, жалобу. Исключение из этого правила законодатель допускает только в одной ситуации. Если адвокат назначается судом в соответствии со ст. 50 ГПК РФ (например, в случае отсутствия представителя у ответчика, место жительства которого неизвестно), то у него появляется право обжаловать судебные постановления по данному делу, и такое правомочие возникает в силу прямого указания закона. Соответствующее разъяснение дано Верховным Судом РФ (см. п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. №23 «О судебном решении»).

Буквальное понимание текста закона о допуске адвоката в гражданский процесс только на основании ордера приводит к утверждению, что его представительство, скорее всего, не будет эффективным. Для того чтобы обладать всем арсеналом полномочий, адвокат вынужден требовать от своего доверителя постоянного присутствия в судебном процессе (последний должен, например, вовремя поддержать и подписать тот или иной процессуальный документ). Однако такое присутствие может оказаться весьма затратным мероприятием, особенно если судебный процесс идет в другом регионе, не по месту жительства доверителя.

В этом случае наиболее эффективным и правильным представляется оформление полномочий адвоката (включая процессуальные) путем выдачи ему доверенности, в которой содержались бы не только общие процессуальные полномочия, например, право на ознакомление с материалами дела, но и специальные, которые прямо оговорены в ст. 54 ГПК РФ.

В силу прямого указания ст. 54 ГПК РФ, специальные полномочия, т.е. подписание искового заявления, предъявление его в суд, предъявление встречного иска, полный или частичный отказ от исковых требований, уменьшение их размера, признание иска, изменение предмета или основания иска, заключение мирового соглашения, обжалование судебного постановления и еще ряд других, могут быть оговорены только в доверенности. Их оформление с помощью ордера адвоката невозможно.

Общая и специальная нормы

И что же получается, если вторить утверждениям сторонников допуска адвоката в любой процесс исключительно на основании ордера: адвокат, вступая в гражданский процесс, должен представить суду ордер адвоката и доверенность со специальными полномочиями только для того, чтобы подтвердить свой статус?

В данном случае мы имеем классический пример конкуренции норм, где п. 5 ст. 53 ГПК РФ является общей нормой по отношении к специальной – ст. 54 ГПК РФ.

При конкуренции общей нормы со специальной применению подлежит последняя. Данное правило основывается на непреходящей римской максиме lex specialis derogat legi generali – «закон специальный отменяет закон общий».

С учетом приоритета специальной нормы права в итоге получаем следующее: для совершения любых процессуальных действий в гражданском процессе полномочия адвоката могут быть оформлены доверенностью со специальными полномочиями без приложения ордера адвоката.

Судебная практика

Сделанный вывод, помимо теоретических изысканий, подтверждается сложившейся судебной практикой.

О необходимости оформления адвокатом специальных полномочий, предусмотренных ст. 54 ГПК РФ, посредством выдачи доверенности указано в ответе на вопрос 15 «Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2003 года (по гражданским делам)» (утв. постановлениями Президиума ВС РФ от 3 и 24 декабря 2003 г.), а также в ответе на вопрос 15 «Ответов Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации на вопросы судов по применению норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (утв. Президиумом ВС РФ 24 марта 2004 г.).

Еще одним примером служит «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3», утвержденный Президиумом ВС РФ 25 ноября 2015 г. Несмотря на то что в приводимом примере речь идет об административном процессе, аналогия с гражданским процессом вполне уместна.

Так, в ответе на вопрос 16 – «какими документами подтверждаются статус и полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя по административному делу?» – Верховный Суд РФ указал следующее: «В силу п. 2 ст. 6 Закона об адвокатуре в случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Согласно п. 3 ст. 15 Закона об адвокатуре удостоверение адвоката является единственным документом, подтверждающим статус адвоката. Исходя из изложенного, полномочия адвоката в административном процессе подтверждаются доверенностью на представление интересов доверителя, а его статус – соответствующим удостоверением. Вместе с тем по смыслу ч. 4 ст. 54, ч. 4 ст. 57, ч. 6 ст. 277 КАС РФ и ст. 6 Закона об адвокатуре при назначении судом административному ответчику в качестве представителя адвоката его полномочия подтверждаются ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием».

В моей практике встречалось, что при вхождении в гражданский процесс в судах общей юрисдикции судьи требовали ордер адвоката, если вместо паспорта я предъявлял адвокатское удостоверение. Однако после высказывания позиции относительно применения правила о конкуренции норм вопрос о моем допуске в процесс на основании доверенности и предъявленного удостоверения адвоката всегда решался положительно.

Данный подход считаю правильным. Иное же толкование идет вразрез с действующим законодательством до тех пор, пока соответствующие поправки не будут внесены в закон.

Вместо послесловия

Ордер адвоката не является доказательством того, что адвокат получил вознаграждение от доверителя. Доказательством получения вознаграждения адвокатом от доверителя является соответствующий приходный ордер или платежное поручение.

Данный тезис я добавляю, чтобы исключить реплики о якобы сокрытии своих доходов адвокатом, который вместо ордера в гражданском процессе предъявляет доверенность.

Полномочия адвоката по ордеру в гражданском процессе

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО “Сбербанк-АСТ”. Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

Лекторы – ведущие эксперты, непосредственные разработчики законов:
В. В. Витрянский, Л. Ю. Михеева, Е. А. Суханов, А. А. Маковская. Принять участие можно очно/ онлайн или в записи, в любой точке страны!

Обзор документа

Решение Верховного Суда РФ от 29 апреля 2013 г. N АКПИ13-43 Об отказе в признании недействующим приказа Министерства юстиции РФ от 10 апреля 2013 г. № 47 “Об утверждении формы ордера”

Именем Российской Федерации

Верховный Суд Российской Федерации в составе:

судьи Верховного Суда Российской Федерации Петровой Т.А.

при секретаре Калугине Н.А.

с участием прокурора Степановой Л.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Пакина К.В. о признании недействующим приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 10 апреля 2013 г. № 47, установил:

Читайте также:  Последствия заключения мирового соглашения в арбитражном процессе

приказом Министерства юстиции Российской Федерации (далее – Минюст России) от 10 апреля 2013 г. № 47 (далее – Приказ) утверждена форма ордера, выдаваемого адвокату адвокатским образованием.

Форма предусматривает две части листа – «корешок ордера», остающийся в ордерной книжке после отрыва ордера, и непосредственно «ордер». Указанные части содержат тождественные строки с подстрочным текстом для заполнения сведений о том, с какого числа адвокату поручается осуществление полномочий адвоката, какова сущность поручения лица, чьи интересы представляются, на какой стадии рассмотрения дела, а также строку для внесения информации об основаниях выдачи ордера с подстрочным текстом «реквизиты соглашения, документа о назначении».

Пакин К.В., являющийся адвокатом, обратился в Верховный Суд Российской Федерации с заявлением о признании недействующим Приказа, однако фактически оспаривал утвержденную этим Приказом форму ордера, выдаваемого адвокату, в части, предписывающей внесение сведений о дате, с которой реализуется поручение, стадии рассмотрения дела и об основаниях выдачи ордера с указанием реквизитов соглашения, документа о назначении.

Заявитель считает, что оспариваемые нормативные предписания противоречат статье 49 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П, поскольку допускают возможность истребования органом уголовного судопроизводства нового ордера у адвоката, допущенного судом к участию в уголовном деле, при переходе от одной процессуальной стадии к другой.

Полагает, что реквизиты соглашения между адвокатом и доверителем являются информацией, составляющей профессиональную (адвокатскую) тайну, которая не может быть раскрыта третьим лицам без согласия на то доверителя, что является нарушением пункта 1 статьи 8, пункта 1 статьи 25 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», статьи 7 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных», частей 5 и 6 статьи 9 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

Минюст России в письменных возражениях на заявление указал, что сведения о дате, с которой реализуется поручение, стадии рассмотрения дела или наименовании органа, учреждения, организации определяют начальный, но не конечный момент осуществления адвокатом деятельности по защите прав и интересов доверителя. Информация, содержащаяся в ордере, позволяет установить полномочия адвоката при выполнении поручения по оказанию юридической помощи в рамках конкретного уголовного, административного или гражданского судопроизводства, основанного на конституционном принципе открытости и гласности судебного разбирательства, что исключает вывод о противоречии оспариваемых нормативных положений требованиям закона.

В судебном заседании Пакин К.В. требования поддержал.

Выслушав объяснения заявителя, представителей Минюста России Жандаровой И.П. и Симочкиной Н.И., оценив нормативный правовой акт в оспариваемой части на его соответствие федеральному закону и иным нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, заслушав заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Степановой Л.E., полагавшей, что не имеется оснований для удовлетворения заявленных требований, Верховный Суд Российской Федерации находит, что заявление не подлежит удовлетворению.

Оспариваемый в части Приказ принят во исполнение положений пункта 2 статьи 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», зарегистрирован в Минюсте России 11 апреля 2013 г., регистрационный № 28095, опубликован в «Российской газете» 12 апреля 2013 г.

Согласно статье 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации (пункт 1); в случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности. Никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи (далее также – соглашение) для вступления адвоката в дело (пункт 2).

Статья 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» устанавливает, что адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем (пункт 1); соглашение представляет собой гражданско-правовой договор, заключаемый в простой письменной форме между доверителем и адвокатом (адвокатами), на оказание юридической помощи самому доверителю или назначенному им лицу (пункт 2). Существенными условиями этого соглашения является в том числе предмет поручения (подпункт 2 пункта 4).

Таким образом, оказание адвокатом юридической помощи доверителю или назначенному доверителем лицу, включая защиту обвиняемого в уголовном судопроизводстве, осуществляется на основе соглашения между доверителем и адвокатом, которое выражает согласованную волю сторон, направленную на достижение одной и той же конкретной юридической цели, определяемой наряду с иными существенными условиями соглашения предметом поручения, раскрывающим содержание полномочий адвоката по принятому поручению.

Реализация поручения предполагает его исполнение в соответствии с условиями заключенного соглашения. Ордер как документ, удостоверяющий полномочия адвоката на исполнение поручения в случаях, установленных законом, связан с соглашением об оказании юридической помощи и выдается адвокату для осуществления деятельности на той стадии судопроизводства, в том числе уголовного, которая указана в этом соглашении. При этом участие адвоката на одной конкретной стадии судопроизводства может являться предметом самостоятельного соглашения об оказании юридической помощи.

Таким образом, предъявлением ордера на каждой стадии процесса может подтверждаться наличие соглашения на оказание юридической помощи между адвокатом и доверителем и тем самым удостоверяться волеизъявление доверителя на участие адвоката в деле.

Учитывая, что оспариваемая в части форма ордера носит универсальный характер, обусловленный различным содержанием предмета соглашения об оказании юридической помощи, внесение сведений о дате, с которой исполняется поручение, стадии процесса и об основаниях выдачи ордера полностью согласуется с приведенными нормами Федерального закона.

Часть четвертая статьи 49 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, на которую ссылается Пакин К.В., устанавливает, что адвокат допускается к участию в уголовном деле в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера.

По смыслу приведенной нормы данного Кодекса и в силу правовых позиций, изложенных в решениях Конституционного Суда Российской Федерации, лицо, допущенное к участию в уголовном деле в качестве защитника, сохраняет свои уголовно-процессуальные права и обязанности на всех стадиях производства по делу (в том числе до тех пор, пока судом не будет принят отказ обвиняемого от данного защитника или суд не примет решение о его отводе) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № 453-О-О, от 25 декабря 2008 г. № 871-О-О, от 28 мая 2009 г. № 803-О-О).

Исходя из того, что Конституция Российской Федерации (части 1 и 2 статьи 48) определяет начальный, но не конечный момент осуществления обвиняемым права на помощь адвоката (защитника), данное право должно обеспечиваться ему на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при производстве в надзорной инстанции, а также при исполнении приговора (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2003 г. № 20-П).

Часть первая статьи 11 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязанность суда, прокурора, следователя, дознавателя разъяснять обвиняемому, как и другим участникам уголовного судопроизводства, его права и обязанности, а также обеспечивать возможность их осуществления.

Часть третья статьи 51 названного выше Кодекса возлагает на следователя, дознавателя и суд при наличии обстоятельств, указывающих на необходимость обязательного участия защитника в деле, если защитник не приглашен самим обвиняемым, его законным представителем либо другими лицами по поручению или с согласия обвиняемого, обеспечение участия защитника в уголовном судопроизводстве.

С учетом изложенного содержание внесенных в ордер сведений о дате, с которой реализуется поручение, стадии процесса имеет определяющее значение для решения вопроса о том, с какого момента судом (прокурором, следователем, дознавателем) обвиняемому обеспечивается право на помощь адвоката, и в силу этого не противоречит приведенным нормам и не препятствует эффективному предоставлению юридической помощи.

Доводы заявителя о том, что форма ордера, предусматривая внесение сведений о стадии процесса, допускает возможность истребования нового ордера у адвоката, допущенного судом к участию в уголовном деле, при переходе от одной процессуальной стадии к другой, не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Наличие в форме ордера строки для внесения сведений о стадии процесса не может расцениваться как правило, закрепляющее обязанность адвоката по предъявлению ордера. Допуск адвоката к участию в уголовном деле регулируется положениями статей 49-53 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и не зависит от решения органа, в производстве которого находится уголовное дело, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах.

Предусмотренное формой ордера внесение сведений о реквизитах соглашения между адвокатом и доверителем не противоречит пункту 1 статьи 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», закрепляющему, что адвокатской тайной являются любые сведения, связанные с оказанием адвокатом юридической помощи своему доверителю.

Требования о соблюдении конфиденциальности информации и ограничении доступа к информации, составляющей профессиональную тайну, установлены статьей 7 Федерального закона «О персональных данных», частями 5 и 6 статьи 9 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, одним из условий реализации конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи является обеспечение конфиденциальности информации, с получением и использованием которой сопряжено оказание юридической помощи, предполагающей по своей природе доверительность в отношениях между адвокатом и клиентом, чему, в частности, служит институт адвокатской тайны, призванный защищать информацию, полученную адвокатом относительно клиента или других лиц в связи с предоставлением юридических услуг. Эта информация подлежит защите и в силу конституционных положений, гарантирующих неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны (статья 23, часть 1, Конституции Российской Федерации) и тем самым исключающих возможность произвольного вмешательства в сферу индивидуальной автономии личности, утверждающих недопустимость разглашения сведений о частной жизни лица без его согласия и обусловливающих обязанность адвокатов и адвокатских образований хранить адвокатскую тайну и обязанность государства обеспечить ее в законодательстве и правоприменении (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2005 г. № 439-О).

Таким образом, адвокатская тайна представляет собой правовой режим, в рамках которого осуществляется запрет на получение и использование третьими лицами персональной информации доверителя, находящейся у адвоката в связи с оказанием ему правовой помощи, а также использование этой информации адвокатом в нарушение целей своей профессиональной деятельности. Правомерность использования персональной информации обеспечивается соблюдением конфиденциальности и обусловлено профессиональной деятельностью адвоката, в том числе связанной с участием в судопроизводстве.

Читайте также:  Допрос специалиста в уголовном процессе

В соответствии с пунктом 1 статьи 3 Федерального закона «О персональных данных» персональные данные – это любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

Реквизиты соглашения не могут рассматриваться в качестве персональных данных, использование которых при осуществлении адвокатом профессиональной деятельности нарушает режим защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, поскольку по уровню индивидуализации не позволяют определить субъект персональных данных.

С учетом изложенного указание этих реквизитов в форме ордера, предоставляемого в случаях, предусмотренных законом, не может расцениваться как произвольное вмешательство в сферу индивидуальной автономии личности и не влечет нарушение принципа сохранности адвокатской тайны.

Исполнение адвокатом требования закона об обязательном участии адвоката в качестве защитника в уголовном судопроизводстве по назначению органов дознания, органов предварительного следствия, прокурора или суда является проявлением конституционной гарантии права каждого на получение квалифицированной юридической помощи. В связи с этим указание в форме ордера реквизитов документа о назначении адвоката является формой реализации данной гарантии, что исключает вывод о каком- либо нарушении права на защиту.

Доводы заявителя об отсутствии в законодательстве понятия «ордер» не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Наличие у адвоката ордера в случаях, предусмотренных федеральным законом, является требованием федерального законодателя, возложившего на федеральный орган юстиции полномочия по утверждению формы ордера.

Оспариваемая в части форма ордера действующему законодательству не противоречит, прав, свобод и законных интересов заявителя не нарушает.

Руководствуясь статьями 194-199, 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации решил:

в удовлетворении заявления Пакина К.В. о признании недействующим приказа Министерства юстиции Российской Федерации от 10 апреля 2013 г. № 47 отказать.

Решение может быть обжаловано в Апелляционную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Верховного Суда РФТ.А. Петрова

Обзор документа

Заявитель оспаривает приказ Минюста России, которым утверждена форма ордера, выдаваемого адвокату адвокатским образованием.

Приказ оспаривается в части, предписывающей внесение сведений в ордер о стадии рассмотрения дела.

Заявитель считает, что данное предписание является незаконным, поскольку допускает возможность истребования органом уголовного судопроизводства нового ордера у адвоката, допущенного судом к участию в уголовном деле, при переходе от одной процессуальной стадии к другой.

ВС РФ посчитал, что заявление не подлежит удовлетворению.

В силу УПК РФ и правовых позиций КС РФ лицо, допущенное к участию в уголовном деле в качестве защитника, сохраняет свои уголовно-процессуальные права и обязанности на всех стадиях производства по делу.

Исходя из того, что Конституция РФ определяет начальный, но не конечный момент осуществления обвиняемым права на помощь адвоката (защитника), данное право должно обеспечиваться ему на всех стадиях уголовного процесса.

С учетом изложенного содержание внесенных в ордер сведений о стадии процесса имеет определяющее значение для решения вопроса о том, с какого момента судом (прокурором, следователем, дознавателем) обвиняемому обеспечивается право на помощь адвоката.

Наличие в форме ордера строки для внесения сведений о стадии процесса не может расцениваться как правило, закрепляющее обязанность адвоката по предъявлению ордера.

Ордер адвоката или доверенность

На днях в Савеловском р-м суде Москвы, где являюсь представителем истца по иску «о признании утратившим право пользования. », при подтверждении своих полномочий на представление интересов в суде, председательствующий потребовала помимо доверенности, во избежание дальнейших проблем (я так понимаю она намекала на частное определение в отношении меня) представить адвокатский ордер.

Я сослался на определение СК по гражданским делам Мосгорсуда от 8.04.2011 г. №33-10239. Ниже представляю его текст. Может быть кому-нибудь из коллег будет полезным.

Определение СК по гражданским делам Московского городского суда от 8 апреля 2011 г. N 33-10239

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе:

председательствующего Федерякиной М.А.

судей Лукьянова И.Е., Севалкина А.А.

при секретаре Яресько В.В.

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Лукьянова И.Е. дело по частной жалобе Миронова А.А. на определение Преображенского районного суда г. Москвы от 24 мая 2010 г., которым постановлено:

Вынести в адрес адвоката Миронова А.А. рег. … частное определение в связи с нарушением положений ст. 6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и ст. 53 ГПК РФ.

Направить частное определение в ГУ Министерства юстиции по Московской области.

Обязать ГУ Министерства Юстиции по Московской области в месячный срок после получения копии определения сообщить в Преображенский районный суд г. Москвы о мерах, принятых к устранению нарушению адвокатом Мироновым А.А. положений ст. 6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и ст. 53 ГПК РФ, установила:

В производстве Преображенского районного суда г. Москвы находилось дело по иску Евдонова С.А. к Паньжинскому Г.А. и другим о признании недействительными сделок с квартирой по адресу: . признании права собственности на квартиру, истребовании квартиры из незаконного владения.

Представителем истца Евдонова С.А. являлся Миронов А.А., представивший в подтверждение своих полномочий нотариально удостоверенную доверенность (л.д. 7, том 3).

Судом было установлено, что Миронов А.А. имеет статус адвоката (л.д. 8, том 3). Ордер в подтверждение своих полномочий как представителя Евдонова С.А. адвокат Миронов А.А. суду не предоставлял.

Ссылаясь на эти обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о допущенных адвокатом Мироновым А.А. нарушениях положений ст. 6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» и ст. 53 ГПК РФ, что послужило основанием для вынесения судом в адрес адвоката Миронова А.А. частного определения.

Об отмене этого определения суда в своей частной жалобе просит Миронов А.А., считая ошибочным вывод суда о допущенных им нарушениях закона.

В заседание судебной коллегии адвокат Миронов А.А. не явился, о слушании дела извещен.

Судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие адвоката Миронова А.А. Проверив материалы дела, обсудив доводы частной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемое определение подлежит отмене, поскольку судом было допущено неправильное толкование норм материального и процессуального права.

В соответствии с п. 1 ст. 226 ГПК РФ, при выявлении случаев нарушения законности суд вправе вынести частное определение и направить его в соответствующие организации или соответствующим должностным лицам, которые обязаны в течении месяца сообщить о принятых ими мерах.

Положенный в основу обжалуемого определения суда вывод о допущенных адвокатом Мироновым А.А. нарушениях законности судебная коллегия находит ошибочным.

В соответствии со ст. 49 ГПК РФ, представителями в суде могут быть дееспособные лица, имеющие надлежащим образом оформленные полномочия на ведение дела, за исключением лиц, указанных в статье 51 настоящего Кодекса.

Статьей 51 ГПК РФ определен перечень лиц, которые не могут быть представителями в суде. К этим лицам относятся судьи, следователи, прокуроры за исключением случаев участия их в процессе в качестве представителей соответствующих органов или законных представителей.

В соответствии с п. 1 ст. 53 ГПК РФ, полномочия представителя должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом.

В соответствии с п. 5 ст. 53 ГПК РФ, право адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяется ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием.

В соответствии с п. 2 ст. 6 ФЗ от 31.05.2002 г. N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», в случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Форма ордера утверждается федеральным органом юстиции. В иных случаях адвокат представляет доверителя на основании доверенности.

В соответствии с п.п. 4 п. 2 ст. 2 того же ФЗ, оказывая юридическую помощь, адвокат участвует в качестве представителя доверителя в гражданском и административном судопроизводстве.

Из содержания вышеприведенных норм в их взаимосвязи следует, что лицо, имеющее статус адвоката, вправе представлять доверителя в гражданском судопроизводстве на основании доверенности без оформления ордера.

Так, лицо, имеющее статус адвоката, вправе быть представителем в суде, что следует из содержания п.п. 4. п. 2 ст. 2 ФЗ от 31.05.2002 г. и ст.ст. 49, 53 ГПК РФ.

Действующее законодательство, не содержит норм, запрещающих адвокату выступать в гражданском судопроизводстве в качестве представителя по доверенности при отсутствии ордера. В частности, такого запрета не содержится в ст. 51ГПК РФ.

Полномочия адвоката как представителя могут быть оформлены только доверенностью, что прямо следует из содержания п. 2 ст. 6 ФЗ от 31.05.2002 г. N 63-ФЗ. Это положение закона согласуется с требованиями п.п. 1-3 ст. 53 ГПК РФ, в соответствии с которыми полномочия представителя на представительство в суде оформляются доверенностью.

Имеющееся в п. 5 ст. 53ГПК РФ указание на то, что полномочия адвоката на выступление в суде в качестве представителя удостоверяются ордером, не исключает возможность оформления полномочий адвоката как представителя только доверенностью, поскольку объем полномочий представителя, действующего по ордеру и по доверенности, может быть различным. В соответствии со ст. 54 ГПК РФ, некоторые полномочия могут быть подтверждены только доверенностью.

По смыслу п. 5 ст. 53 ГПК РФ, наличие ордера у лица, имеющего статус адвоката, подтверждает его полномочия представителя в гражданском судопроизводстве и дает ему право действовать в качестве представителя без доверенности. Вместе с тем, оформление ордером полномочий представителя, имеющего статус адвоката, не является обязательным по смыслу п. 2 ст. 6ФЗ от 31.05.2002 г. N 63-ФЗ, поскольку гражданско-процессуальное законодательство не содержит норм, в соответствии с которыми адвокат допускается к участию в деле в качестве представителя только при предъявлении ордера.

Поэтому наличие у лица статуса адвоката не лишает это лицо права на участие в деле в качестве представителя по доверенности. Такое оформление полномочий представителя, имеющего статус адвоката, не будет являться нарушением действующего законодательства.

Данный вывод подтверждается материалами дела, из которых следует, что суд допустил адвоката Миронова А.А. к участию в деле в качестве представителя Евдонова С.А. при наличии доверенности и при отсутствии ордера.

Поскольку вывод суда о допущенных адвокатом Мироновым А.А. нарушениях требований ст. 6 ФЗ от 31.05.2002 г. N 63-ФЗ и ст. 53 ГПК РФ является ошибочным, то обжалуемое адвокатом Мироновым А.А. частное определение не может быть признано законным и подлежит отмене.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 374 ГПК РФ, судебная коллегия, определила:

определение Преображенского районного суда г. Москвы от 24 мая 2010 г. отменить.

Ссылка на основную публикацию